Рыбалка на кита: что посмотреть, чем заняться — Личный опыт на vc.ru

Фишинг-киты ловят перешедших на удаленку

Специалисты Group-IB объясняют рост популярности фишинг-китов низким порогом входа на рынок и простотой реализации схемы заработка. В 2019 г. брендами-фаворитами, от имени которых создавались фальшивые страницы, у создателей фишинг-китов были Amazon, Google и Office 365.

По данным команды Group-IB, в прошлом году число активных продавцов фишинговых наборов увеличилось более чем на 120% по сравнению с предыдущим годом. Выросла стоимость фишингового набора, увеличившись вдвое относительно позапрошлого года. В среднем в прошлом году разработчики просили $304 за фишинг-кит. В целом цены варьировались в диапазоне от $20 до $880. В 2018 г. цены на фишинговые наборы находились в интервале от $10 до $824, а среднее значение составляло $122. Как правило, стоимость фишинговых наборов зависит от их сложности — от качества и количества фишинговых страниц. Иногда фишинговые наборы предлагаются на форумах бесплатно. Это объясняется вероятным наличием в них бэкдоров, которые позволяют авторам получать доступ к скомпрометированным данным.

О росте спроса на фишинговые наборы свидетельствует количество обнаруженных в них уникальных адресов электронной почты. Согласно данным Центра реагирования на инциденты информационной безопасности (CERT-GIB), в прошлом году этот показатель вырос на 8%. Это может свидетельствовать о росте числа их операторов.

Для привлечения покупателей разработчики фишинговых наборов используют в них известные бренды с большой аудиторией, что в теории должно облегчить реализацию мошеннических схем для будущих владельцев таких наборов. В 2019 г. наиболее часто использующимися в фишинговых наборах брендами были Amazon, Google, Instagram, Office 365 и PayPal, а топ-3 интернет-площадок для торговли фишинговыми наборами был представлен Exploit, OGUsers и Crimenetwork.

По данным Check Point Software Technologies, в I квартале 2020 г. наиболее часто во всех видах фишинговых атак в целом злоумышленники подделывали письма от корпорации Apple. Мобильный фишинг был на втором месте среди самых распространенных векторов атак. В Check Point это связывают с пандемией коронавируса, которая заставляет людей чаще использовать смартфоны для работы.

Руководитель центра расследования киберинцидентов «Ростелеком-Солар» Игорь Залевский поясняет, что рост рынка фишинг-китов — это не какая-то особенная тенденция последних двух лет. «Бизнес все больше стремится в интернет — в ответ на запрос увеличивается количество сайтов и, конечно, число веб-разработчиков. У них не всегда бывают постоянные заказы, и им приходится искать способы подзаработать», — объясняет представитель «Ростелеком-Солар». Один из несложных вариантов — создание фишинг-китов. Для этого не требуется глубоких технических знаний. Таким образом, в киберпреступный мир постепенно начинают входить люди, которые не обладают профессиональными навыками, — им достаточно прочитать руководства и пару статей на форумах или сайтах.

Кроме того, современное ИБ-сообщество пока не принимает глобальных мер по решению проблемы фишинг-китов, так как довольно непросто обосновать перед бизнесом экономическую целесообразность таких мер. Особенно сложно посчитать упущенную выгоду и репутационные риски компаний от фишинговых сайтов. «Убытки простых пользователей и вовсе проходят мимо радаров безопасников», — добавляет Игорь Залевский.

В Positive Technologies ранее неоднократно отмечали, что специализация, которая начала формироваться на теневом рынке, серьезно снизила порог входа в киберпреступный бизнес. Начали приходить люди без серьезных технических навыков.

«Свежая кровь» ищет простые в реализации и монетизации схемы. Фишинг всегда оставался самым простым способом получения чужих учетных данных, поэтому приток новичков вызвал всплеск спроса и, как следствие, предложения на фишинг-киты», — сказал старший аналитик по информационной безопасности Positive Technologies Вадим Соловьев.

Сервисы, для которых разрабатываются фишинг-киты, относятся, как правило, к международным компаниям: Facebook, Apple, Amazon, Google, Microsoft. Их пользователи проживают по всему миру, поэтому выделить пострадавших именно в России сложно. «У нас фишеры активно подделывают авторизационные страницы «ВКонтакте» и других соцсетей. Украденные учетные данные используются злоумышленниками, например, для шантажа владельцев или обмана их знакомых от имени владельцев», — рассказывает Вадим Соловьев.

Опрошенные специалисты прогнозируют рост числа таких кибератак. Те из них, что направлены на кражу учетных данных, будут все более распространенными, поскольку число потенциальных жертв выросло: многие пользователи из-за введения режима самоизоляции перешли на удаленную работу и начали пользоваться большим количеством интернет-сервисов.

Фишинговый набор (англ. Phishing Kit) — это архивный файл, который содержит скрипты, необходимые для создания и работы фишингового сайта. Инструмент позволяет злоумышленникам, кто не обладает профессиональными навыками программирования, быстро разворачивать сотни фишинговых страниц, часто используя их как «зеркала» друг друга. Фишинг-кит позволяет атакующим быстро возобновлять работу вредоносных ресурсов, обеспечивая собственную неуязвимость.

Увидеть китов и морская рыбалка

Увидеть китов и морская рыбалка — AirbnbSkip to content

We’re sorry, some parts of the Airbnb website don’t work properly without JavaScript enabled.

10.5 hours · Hosted in Russian

Committed to safety

This host committed to Airbnb’s COVID-19 safety guidelines. Learn more

Translate to English{`{`}/* If you update this, update translation-mirror.svg too */{`}`}Встречаемся с вами в Мурманске и отправляемся в Териберку.
Там мы сможем отправиться в Баренцево море. Увидеть китов, беломордых дельфинов (это самые крупные особи среди дельфинов, достигают в длину — 3 метра!)
Любопытных морских котиков, а так же порыбачить!
Поймать треску или другую морскую рыбу.

С воды насладиться видами севера и Териберки.
От впечатлений будет захватывать дух!
Прошу отнестись с пониманием, что я не могу влиять на природный мир и может такое случиться, что вы не поймаете рыбу или не увидите кита.
Но в любом случае, поездка вас впечатлит и вы еще долго будете вспоминать ее.

Встречаемся с вами в Мурманске и отправляемся в Териберку.
Там мы сможем отправиться в Баренцево море. Увидеть китов, беломордых дельфинов (это самые крупные особи среди дельфинов, достигают в длину — 3 метра!)
Любопытных морских котиков, а так же порыбачить!
Поймать треску или другую морскую рыбу.

С воды насладиться видами севера и Териберки.
От впечатлений будет захватывать дух!
Прошу отнестись с пониман…

read more

Host on Airbnb since 2016

Я выросла на севере в маленьком городке среди гор. Много лет уже живу в Мурманске, безмерно люблю нашу природу и диких животных.

Встреча с ними для меня всегда особенное приключение. Особенно с морскими обитателями. Они такие прикольные!
Всегда хочу поделиться настоящим духом севера, от меня вы не услышите сухой статистики, а по настоящему погрузитесь в природу края.

To protect your payment, never transfer money or communicate outside of the Airbnb website or app. Learn more

Баренцево море и виды на побережье настоящий кусочек северной природы.
Если вы хотите погрузиться во что-то уникальное и не обычное, то такое приключение точно для вас!

Expert industry partners

Every adventure follows industry guidelines. We partnered with the Adventure Travel Trade Association, expert leaders in adventure travel, to define best practices and standards for safety.

Know your comfort level

Please note outdoor activities carry risks, and you may be exposed to dangerous situations as part of this experience. Make sure you can participate safely given your abilities and the conditions (such as location, weather, and equipment).

Cancellation policy

Any experience can be canceled and fully refunded within 24 hours of purchase, or at least 7 days before the experience starts.

Guest requirements

Up to 9 guests ages 12 and up can attend.

What to bring

рекомендую взять с собой перекус

About
Community
Host
Support

красота мира в каждом кадре

Есть мнение, что все эльфы, наяды и прочие бесплотные жители языческой Европы сбежали в Исландию, на северный рубеж Старого Света.

Проехав остров из конца в конец, наш корреспондент обнаружил отдельную реальность, которую иначе как волшебной не назовешь: здесь все люди – братья, духи и звери – соседи, а время склонно к лихим парадоксам.

В аэропорту Рейкьявика, похожем больше на автовокзал провинциального города, никто не проверяет паспорт. Смотрят только на билет, как будто и впрямь речь идет о том, чтобы занять место в междугородном автобусе. Никакой спешки, возни и проверок. Накрыты столы: горы бутербродов с копченым лососем, йогурты и термосы с кофе – пассажирам утренних рейсов предлагают позавтракать, прежде чем лететь в Акурейри. За крошечным столиком пятеро бородачей в костюмах полярников сгрудились над картой, обсуждают маршрут и где поставить палатку – за Полярным кругом или непо­сред­ствен­но на нем. Перелет из Рейкьявика в Акурейри занимает около сорока минут, но мне еще дальше – в Торсхофн, настоящий медвежий угол, который не на всякой карте сыщешь.

Добираюсь на крошечном винтовом самолете – они здесь вместо автобусов, правильнее сказать – маршруток. Я единственный пассажир «кукурузника». Вокруг с десяток пустых сидений, болтаются провода, из окна дует, а ощущения – как от езды на разбитом «газике» по горному серпантину. Удивительно, что такое приключение можно пережить, купив билет в интернете всего за тридцать евро. Полуостров Ланганес, крайняя северо-восточная точка Исландии, похож на щупальце, не дотянувшееся пару десятков километров до Полярного круга. По нему проходит водораздел между Атлантическим и Северным Ледовитым океаном. Там, где щупальце крепится к большой земле, находится деревушка Торсхофн, где промышляют ловлей рыбы и мидий. Связь с миром осуществляется в основном по воздуху, телефон работает с перебоями. Именно эта изолированность и манит: хочется понять, каково это – жить среди выветренного безмолвия и только и делать, что ловить рыбу. Первое, что поражает на севере, – это бесконечный свет. Спать не хочется вовсе: выйдя ночью из дома, видишь на белесом небе луну и потом только соображаешь, что это солнце, а рядом висит полная луна.
Так они и светят рядом – не то два солнца, не то две луны. Однажды в два ночи я шла по залитой солнцем дороге, наступая на собственную тень, раскатанную до горизонта. Навстречу проехал красный джип на циклопических колесах. Фары были включены, а за рулем сидел человек в солнечных очках. Самые обыденные вещи в этом пол­ноч­ном свете кажутся необычными и загадочными, даже пугающими. Начинаешь понимать исландцев, которые верят в параллельные миры. «Вот, глядите, какое хорошее место для дома, – показывает Аки, мой гид, на пустырь посреди Торсхофна. – А никто здесь не строит: боятся разозлить скрытый народец – он обитает в тех вон валунах». Жизнь в деревне располагает к доверительным отношениям: запоминаешь по имени всех аборигенов – они рады гостям: то на обед позовут, то на ужин. В известной степени все триста тысяч жителей острова – братья и сестры. Такая семейственность сказывается на языке: вместо фамилии здесь используют отчество. «Вот, разрез делаешь здесь и здесь», – говорит Оттюр, рыжий дядька с крючковатым носом.
Оттюр и Аки обучают меня своему ремеслу: треску и пикшу берем, скумбрию отпускаем – слишком вонючая. Рыбины большие – в среднем по килограмму, – и тянуть с глубины упирающиеся тела тяжело. Самое сложное, правда, приходится делать потом. По исландским меркам, ты не настоящий рыбак, если не можешь сначала перерезать рыбине горло, а потом, когда вытечет кровь, срезать филе с костей. Головы, хребты и требуху получают жирные чайки, плотным кольцом окружившие лодку. Птицы устраивают безобразные драки. «Только посмотри на этих ублюдков», – морщится Оттюр. Мы складываем филе в пакет и идем домой. По дороге Оттюр и Аки спорят, как лучше поступить с рыбой: Оттюру нравятся котлеты, которые делает его невеста Кристбьерк; Аки настаивает на том, что мясо лучше не портить: сварил, посыпал черным перцем и съел. В отличие от Торсхофна, открытого всем ветрам, Хусавик стоит в конце узкого залива, окруженного со всех сторон горами, с которых даже в июле не сходит снег. Не так давно это было сонное место, но все изменилось с появлением двух музеев: китов и фаллологического.
Последний возник случайно: однажды Сигурдур Хьяр­тар­сон из Рейкьявика получил на день рождения детородный орган быка и принял решение основать музей. Идея всем понравилась: к Сигурдуру устремился поток дарителей – кто принесет пенис полевки, кто притащит член моржа. Вскоре коллекция разрослась, и пришлось задуматься об аренде здания: сначала в столице, потом, из соображений экономии, – в Хусавике. Переезд принес свои плюсы: из соседнего Музея китов сразу же передали в дар уд кашалота. При входе висит строгое предупреждение, что коллекция сугубо научна и интересующимся порнографией тут делать нечего. Здесь и правда все серьезно: экспонаты с мошонками и без, с экспликациями по-латыни, цитатами из древних, выдержками из научных статей, отрывками из классиков. Над пенисом кашалота – текст из «Моби Дика» и записка о том, что это единственная часть кита, по­кры­тая кожей, пригодной к выделке. Один магнат-судовладелец, желая подчеркнуть свою исключительность, заказал для офиса мебель, обитую этой самой шкурой. Чего нет в музее, так это человеческих гениталий, но эта ситуация рано или поздно изменится: хозяин уже составил соответствующее завещание. Наблюдение за китами в Исландии началось совсем недавно: всерьез задумываться о том, как быть в условиях моратория на промышленный забой морских гигантов, начали в середине 1990-х. Бывший электрик, Аусбьерн Бьерквинссон, переоборудовал китобойную лодку в экскурсионное судно и вывез ино­стран­цев, жаждавших поглазеть на китов, в океан. В здании бывшей скотобойни разместился музей: экспонаты поступают со всей страны. Каждый выброс на берег кита – если не праздник, то событие на­цио­наль­но­го масштаба. В исландском языке даже выражение, обозначающее большую удачу, буквально переводится как «выбросившийся кит». По законодательству туша принадлежит тому, на чьей земле ее обнаружили. В прежние времена между соседями случались войны: учитывая регулярные неурожаи, за гору мяса имело смысл сражаться. Сейчас все по-другому: мерт­вым китам дают имена и сочиняют историю их жизни и смерти. «Смотринами» живых китов занимаются две конкурирующие компании: «Северное мореходство» и «Добродушные великаны». У обеих – одинаковые дубовые лодки, но у «Северного мореходства» к экскурсии прилагается горячий шоколад и плюшки с корицей, а у «Великанов» – какао и коржики. Я выбираю плюшки. Мне выдают синий плащ до пят и пуховые варежки. Поскольку рейс вечерний, народу на лодке немного: человек десять ерзают на лавках, улыбаются, как малые дети в предвкушении похода в игрушечный магазин, и теребят в руках бинокли и фотоаппараты. Рыжая девица с микрофоном всходит на борт, и мы отчаливаем. Она что-то нашептывает, но почти никто не слушает: все думают только о том, что вероятность увидеть китов в этом месте равна 99 процентам, – и сканируют горизонт. Но вот мы плывем уже часа полтора, а китов все нет. Холодает: лица пассажиров приобретают оттенок фирменных плащей. Мне отчаянно хочется шоколада. Тут рыжая девушка ни с того ни с сего объявляет, что китов не видно потому, что они, скорее всего, спят. Окончательно закоченев, я спускаюсь в каюту: в полутьме желтеют стопки спасательных жилетов, на плитке дымится алюминиевая кастрюля, пахнет какао. Рядом стоят подносы с плюшками. Пытаясь сообразить, является ли мое состояние достаточно бедственным для того, чтобы без спроса съесть плюшку, я зачерпываю сладко дымящуюся жидкость. В этот момент наверху слышатся крики и топот. Расплескивая какао и путаясь в плаще, я бросаюсь к лестнице. Кит очень, очень близко. Метрах в двадцати от нас гигантская спина то исчезает, то поднимается над волной. Трижды показавшись на поверхности, кит зачерпывает спиной воздух и почти вертикально уходит на глубину, исчезая позвонок за позвонком. Как в замедленной съемке, с хвоста каплет вода, видны зазубрины на конце, в последний момент мелькает белый треугольник: с нижней стороны хвост горбатого кита белый. Справедливости ради заметим, что горба у него нет. Есть небольшой бугорок, да и тот – спинной плавник. По дороге из Хусавика в Акурейри я закупаю репелленты и заезжаю на Миватн: как-никак название водоема означает «Комариное озеро». Здесь сплошь геотермальная активность: отовсюду валит пар и пахнет серой. В Исландии вообще так: где не пахнет рыбой, там пахнет серой, и наоборот. Посреди озера Миватн – маленькие вулканы, или псевдократеры: магма, остывая, лопалась над поверхностью воды гигантскими пузырями – получились сферической формы островки, на которых гнездятся лебеди-крикуны, полярные гуси и цапли. Вокруг озера – лавовые поля. В деревушке Рейкьяхлид, где я беру напрокат велосипед, предупреждают: там до сих пор пропадают люди, это настоящий лабиринт. Объехав вокруг озера, я иду купаться в местной «голубой лагуне», в местечке Грьетагьяу. Сидишь в горячей, шелковистой на ощупь воде, до самого горизонта расстелен густой слой светящегося пара, сквозь него белеет северное солнце, хотя, может, это луна, и думаешь о… да ни о чем уже не думаешь: в этом моменте заложено все, что нужно знать о жизни. У исландских берегов есть несколько островов с одинаковыми названиями, различной степени обитаемости: несколько Флати, Хриси и Гримси. На том острове Гримси, что очертаниями напоминает баклана, на пяти квадратных километрах живет около семидесяти человек, сотня овец и несколько миллионов морских птиц. Птичье население во многом определяет уклад жизни людского: гримсинцам запрещено держать кошек и собак, а все дети – в каждой семье их по пять-семь – носят шлемы для защиты от полярных крачек. Гостям острова рекомендуется передвигаться, держа в поднятой руке палку: птицы будут атаковать ее, но лучше пользоваться зонтом: крачки предельно метко гадят. «Ты красивая женщина: пойдешь ко мне работать?» – спрашивает меня Гардар, директор рыбоперерабатывающего завода на этом краю света. Гардар – основной работодатель острова: здесь солят треску, из которой потом получается хардфискур – сушеная рыба: ис­ланд­цы едят ее всюду и всегда, намазав толстым слоем сливочного масла. Кроме завода, на Гримси есть бассейн, ресторан «Крачка», гостиница на десяток коек, аэропорт и автозаправка: несмотря на миниатюрность острова, его жители передвигаются только на автомобилях. Казалось бы, ради чего ехать на Гримси? Ответ прост: туда едут пересекать Северный полярный круг, проходящий аккурат по шее «баклана». Перешагнуть через 66-ю параллель прилетают на самолете – и улетают через полчаса. Я задержалась на неделю, оставшись жить в гостинице, где кроме меня не было ни одного постояльца. Каждый раз, увидев приближающийся паром, я бежала менять билет, чтобы остаться еще на денек. Потому что магия этого места не отпускает. «Простите моего отца: он не говорит по-английски, только по-древненорвежски», – извиняется Хильда, дочь Оли Олассона, старейшего рыбака Гримси. Я отчаянно жалею, что не знаю ни исландского, ни древненорвежского. Хильда переводит: лет сорок назад четырехлетий Оли, сын Оли-старшего, принял за белую лошадь медведя, приплывшего на льдине из Гренландии. На счастье, Оли-старший посмотрел в этот момент в окно, и ему не пришлось долго искать винтовку. Чучелом того медведя теперь очень гордится Музей естественной истории в Хусавике – все-таки диковинный случай: медведи в Исландии не водятся. Оли-младший всякий раз, выходя в океан на моторке, берет с собой ту самую винтовку – так, на всякий случай. Иногда в рыбацкие тралы попадают касатки и дельфины: их гримсинцы пристреливают, несмотря на мораторий, – в Заполярье не до сантиментов. Как-то раз на Гримси я выслеживаю тупиков – эти птицы, похожие одновременно на пингвинов и попугаев, водятся здесь в изобилии: роют норы в береговых утесах, ловят рыбу и почти не боятся людей – настолько редко они их видят. В ту ночь кроме меня найти тупиков пытаются еще двое: один с ружьем, другой с сачком. «Простите за любопытство, а чем вы занимаетесь?» – «Тупиков ловим», – добродушно улыбаясь, отвечает толстый, с сачком. «А можно с вами?» – «Почему нет», – настороженно соглашается тонкий, c ружьем. Оказывается, во второй половине лета местным разрешено птиц ловить и замораживать на зиму. Действуют так: отойдя от толстого метров на двадцать, тонкий стреляет в воздух, и тупики летят вдоль утеса туда, где ждет их сачок толстого. Наконец в сачке что-то трепыхается: с птицей в руках толстый спешит ко мне: ну, думаю, сейчас предложит свернуть птице шею. Но толстый говорит: «На, выпусти» – и протягивает мне тупика. Я легонько подбрасываю птицу, она грузно шлепается на землю. Оказывается, эти создания не в состоянии летать, не видя океана: мой тупик, опираясь на крылья, как на костыли, ковыляет к краю утеса и взлетает, едва завидев волны. Толстый смотрит на часы – около полуночи, потом на светлое розово-голубое небо и такого же цвета океан, на синеющие вдали горы, хитро прищуривается и произносит: «А что, все-таки не дураки были эти викинги: назвали страну Исландией – чтобы все думали, будто здесь холодно и противно. А то у нас бы давно уже было такое же столпотворение и мерзость, как и везде». Подустав от крайностей севера, я перебираюсь на юг. Исландский юг так же непохож на север, как только могут быть несхожи две части одной маленькой страны: на севере всегда солнечно, почти не бывает дождя и сплошь заснеженные горы, на юге чаще пасмурно и зеленые холмы. В Рейкьявике вообще особый климат: здесь тепло – сказывается близость крупнейшего геотермального региона, и растут деревья. Попав сюда, я понимаю, что правильно поступила, сразу рванув на север: останься я здесь хоть на день, не смогла бы уже уехать – город сразу встраивает человека в собственный организм и уже не отпускает. За неделю превращаешься в аборигена: я узнаю, к примеру, что лучший рыбный ресторан – не тот, что на рыночной площади под помпезной вывеской, а маленькая лачужка S?greifinn в порту. Другой секрет Рейкьявика – геотермальный пляж, известный только своим. Это един­ствен­ное в Исландии место, где можно поплавать в океане – он здесь специально подогревается. В пятницу вечером я отправляюсь изучать ночную жизнь. Для столь маленького города заведений здесь предостаточно: есть клубы для экстравагантных бездельников, для эрудированной молодежи, клубы для англичан, клубы для американцев, клубы для богатых, клубы для бедных, клубы для мотоциклистов, клубы для миллионеров. Везде гремит музыка, везде кто-то да выступает – в формате «просто дискотека» здесь работать не принято. Начав вечер в одном клубе, люди перебираются во второй, третий… В четыре утра в центре пробки и столпотворение: выпивают уже на улице, тротуары покрыты стеклом битых бокалов. Слегка растрепанные блондинки в коктейльных платьях и юноши с длинными челками в узких пиджаках бредут, шатаясь и пританцовывая. Рейкьявикцы поразительно непохожи на остальных жителей страны: нет обветренных лиц, сплошь модники, занятые дизайном и банковским делом. Каждый старается быть эксцентричнее соседа: кто дом разукрасит невозможными граффити, кто велосипед подвесит на крышу. Все коллекционируют ретро-автомобили. Довоенные «порше», «роллс-ройсы», «мустанги» и «кадиллаки» просто стоят во дворах, неплохо смотрясь на фоне изящных фасадов. Рейкьявик почти сплошь двухэтажный; трудно представить себе другую мировую столицу, столь соразмерную человеку и его потребностям. Почти всюду легко добраться пешком, людей мало, все улыбчивы и общительны, а приятных кафе на два столика, дизайнерских бюро, галерей и галереек в нем больше, чем кораблей в порту. Вик слывет самой южной точкой Исландии: здесь удивительно красивая береговая линия, из воды торчат затейливых форм скалы. Аборигены видят в них окаменевшего тролля, тянущего к берегу трехмачтовый корабль. Тролль – не тролль, но об эти скалы разбился не один десяток судов. Благодаря им Вик – един­ствен­ное в Исландии место, жители которого избавлены от необходимости профессионально ловить рыбу. Когда-то здесь жили исключительно фермеры, сейчас городок осваивает туристический бизнес: есть музей кораблекрушений и известный на всю страну магазин, где торгуют изделиями из овечьей шерсти. В ясную погоду с окрестных холмов виден ледник, под которым, как под одеялом, спит вулкан Катла. Поговаривают, что, если он проснется, ледник затопит деревню в долине. В этом случае спасательными работами будет руководить местный священник, Харалдур Кристьянссон: церковь – единственное здание, построенное на возвышенности. Харалдур рассказывает о возможной катастрофе, посмеиваясь и высыпая из мешка удобрения под куст сирени. Странно думать, что этот лысый босоногий весельчак в шортах, увлеченный ландшафтным дизайном, ежедневно перевоплощается в свя­щен­но­слу­жи­те­ля. «Сейчас в церкви уже почти никто не женится, – сетует святой отец. – Венчания приходится то на берегу проводить, то на леднике – это все гламур, американщина». Главный защитник традиционных ценностей живет в соседней деревне-музее Скогар. Тордур Томассон – хранитель селения: здесь можно увидеть, как жили исландцы сто лет назад – в основном в землянках с травяными крышами. «Я начал собирать предметы исландской старины, когда мне было четырнадцать», – гордо заявляет Тордюр, забавный старичок в клетчатом пиджаке и очках в золотой оправе. Он рассказывает чудесные вещи: как младенцев, чтобы они, повзрослев, не страдали морской болезнью, кормили через соску из рыбьей кости, как гадали на суставах овец, как пользоваться веретеном и как правильно пристегивать снегоступы. Мне он советует обязательно съездить в Нупстадур, где живет Филипус – столетний фермер, который до сих пор ведет хозяйство и гоняет на «лэндровере». Филипус – единственный житель целой долины, в которой его предки живут аж с 1720 года. Он показывает мне фамильную церковь-землянку, самую древнюю и маленькую в Исландии – войти сюда можно, только согнувшись. В доме Филипуса – как в кукольном домике, чистота и порядок: он разливает по чашкам кофе и рассказывает, что у него было десять братьев и сестер, причем двух старших звали Маргарет – про запас. Раньше это было обычное дело: вдруг один ребенок умрет, не пропадать же, в самом деле, хорошему имени. Одна Маргарет здравствует и поныне. Она живет в Рейкьявике, ей 104 года. А Филипус остался на фамильной ферме и следит за тем, чтобы скала Хетлан не обрушилась на его долину: есть поверье, что, если это произойдет, фермерству в юго-восточной Исландии придет конец. Неподалеку от Нупстадура находится Йокулсарлон – ледниковое озеро, полное дрейфующих айсбергов всевозможных размеров, с которых то и дело соскальзывают в воду сонные тюлени. Глядя, как свет преломляется в толще льда и окрашивает ее в миллион оттенков голубого, думаешь о том, что этой глыбе, возможно, тысячи лет, и вот она тает у тебя на глазах. Временной парадокс – хрупкость балансирует на грани вечности. Когда день длится несколько месяцев, а ранняя весна заканчивается лишь с наступлением зимы, время как мера жизни истончается. Так действует исландская теория относительности: времени больше нет.

Александр Кержаков поймал краба в Териберке

  
Новости / Новости региона / ОбществоДобавить новость
  
07 Июня 2021, 13:11     Териберка

Футболист Александр Кержаков снова отдохнул в Териберке. Он уже приезжал в Мурманскую область в декабре прошлого года, а теперь вернулся ради рыбалки.

— Когда совместил приятное с приятным. И китов посмотрели, и треску поймал. Пока, Териберка, — написал Александр Кержаков в своем «Инстаграме».

Также он выложил фото с камчатским крабом, но уточнил, что поймал его только для фото.


Автор: Ника Меркулова   &copy Редакция www.hibiny.comВерсия для печати
Если Вы обнаружили ошибку в тексте, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter


 Просмотры 1534 Это интересно  Комментировать 4 
   Комментарии, 4   

Для того, чтобы оставлять отзывы на новости, Вам необходимо войти на сайт

Вы можете оставить комментарий как пользователь социальной сети

Stream
Насколько помню, любительский лов краба пока ещё запрещён. Ну, где посадки?
вчера в 15:07 #724963
1yuri
Правоохренители мониторят интернет только на предмет «мыслепреступлений». Бубличное красование с добытым запретным биоресурсом таковым не является.

«Любительский лов камчатского краба на водных объектах Мурманской области разрешат в середине августа 2021 года.»

https://gov-murman.ru/info/news/368873/

вчера в 15:16 #724964
Inga Ilyina
Написано же, он его выпустил. Он же не такой дурак, чтоб подставляться. Stream
вчера в 17:42 #724973
Stream
Inga Ilyina
«Поймал-отпустил» подходит под термин спортивное рыболовство. Чтобы так ловить красную рыбу нужна лицензия. Что тут непонятного?
вчера в 18:40 #724974

   У вас есть новости?   

Есть интересные новости?

Присылайте нам фото, видео, тексты на [email protected] или в нашу группу

Еще можете добавить сами и заработать денег


Зарабатывайте на Хибины.com!

Запутывание в рыболовных снастях ограничивает рост китов: NPR

Ученые из NOAA Fisheries Service приближаются к молодому североатлантическому киту, чтобы распутать его. Новое исследование показывает, что киты, сильно запутавшиеся в веревке и орудиях лова, демонстрируют задержку роста, а длина тела с 1981 года сокращается. Архив новостей NOAA 011811 скрыть подпись

переключить подпись Архив новостей NOAA 011811

Ученые из NOAA Fisheries Service приближаются к молодому североатлантическому киту, чтобы распутать его.Новое исследование показывает, что киты, сильно запутавшиеся в веревке и орудиях лова, демонстрируют задержку роста, а длина тела с 1981 года сокращается.

Архив новостей NOAA 011811

Североатлантические киты теперь стали меньше, чем 40 лет назад, и новые исследования показывают, что главной причиной является ущерб, который деятельность человека наносит критически угрожаемым млекопитающим.

Результаты, опубликованные сегодня в журнале Current Biology, показывают, что, когда он вырастет, североатлантический гладкий кит, родившийся сегодня, будет примерно на один метр короче кита, родившегося в 1980 году.В настоящее время взрослые представители этого вида в среднем имеют длину от 13 до 14 метров (от 43 до 46 футов).

«Первое подозрение, которое мы получили от людей, которые собирали данные в полевых условиях, где, как гласит история, они увидели то, что выглядело как действительно молодой кит, теленок или, может быть, один-два- — сказал Джошуа Стюарт, научный сотрудник отдела морских млекопитающих и черепах Национального управления океанических и атмосферных исследований (NOAA) и ведущий автор нового исследования.«Но оказывается, что на самом деле это были 5-летние или 10-летние киты, которые были меньше, чем типичные 2-летние».

Исследователи использовали аэрофотоснимки с высоким разрешением, чтобы отследить размер и состояние тела 129 китов с течением времени. В настоящее время существует всего около 366 североатлантических китов по сравнению с 481 в 2011 году, что является известным максимумом для популяции в последние годы. Их численность была намного выше, прежде чем коммерческий китобойный промысел поставил их на грань исчезновения к началу 1890-х годов.Высокое содержание жира и плавучесть млекопитающих после смерти привели к их названию: китобои называли их «настоящими китами», которых нужно убивать.

Фотоиллюстрация демонстрирует, насколько низкорослый кит из Северной Атлантики, родившийся в последние годы, будет по сравнению с китом, рожденным годами ранее. На каждом изображении схема показывает, как долго исследователи ожидали рождения каждого кита, если бы он родился в 1981 году. «Это просто поразительно, — сказал Джошуа Стюарт, ведущий автор статьи. Мэдлин Вукусик скрыть подпись

переключить подпись Мэдлин Вукусик

Исследование, проведенное при участии ученых из Аквариума Новой Англии, Океанографического института Вудс-Хоул и Университета штата Орегон, показало, что основной причиной недавнего замедленного роста животных является запутывание веревки и рыболовных снастей.

Североатлантические киты обычно мигрируют вверх и вниз по восточному побережью от Флориды до Канады. В последние годы более половины населения живут с конца зимы до начала весны у побережья Кейп-Код, где они перемещаются по смертельному лабиринту из веревок и рыболовных снастей для омаров.

Запутывание в снаряжении может привести к смертельному исходу, голоду или утоплению. Но даже если они не убивают китов, они могут причинить долгосрочный вред, как выяснили исследователи.Когда млекопитающие попадают в человеческий обломок и в конечном итоге тащат его за собой, это заставляет их тратить больше энергии на борьбу за выживание, вместо того, чтобы выращивать или повторно заселять свои исчезающие виды.

«Вы можете себе представить, если бы к вам был привязан мешок с песком, и вам приходилось заниматься своими повседневными делами, вы бы сжигали много дополнительной энергии, просто таская этот мешок с песком», — сказал Стюарт.

Североатлантический кит в заливе Кейп-Код.Образцы мозолей на голове каждого кита уникальны и позволяют идентифицировать, наряду с отслеживанием таких воздействий, как запутывание и столкновение с судном, репродуктивная история и возраст отдельных китов. Джон Дурбан / NOAA и Холли Фирнбах / SR3, авторизованы разрешением на исследования NMFS № 17355 скрыть подпись

переключить подпись Джон Дурбан / NOAA и Холли Фирнбах / SR3, авторизованы разрешением на исследования NMFS № 17355

Запутывание не только способствует уменьшению размера тела отдельного кита, но и самки североатлантического южного кита, запутавшиеся во время кормления грудью, производят детенышей меньшего размера.Это угрожает повторному заселению вида с таким небольшим количеством оставшихся членов.

«Это открытие, которое дополняет мрачную историю о правильном ките», — сказал Чарльз «Сторми» Мэйо, директор Североатлантической экологической программы китов в Центре прибрежных исследований в Провинстауне, Массачусетс, который не участвовал в исследовании. к новому исследованию. «Это чрезвычайно важная работа, потому что она демонстрирует не только то, что мы всегда знали, а именно то, что запутанность вызывает смерть. Но в данном случае она выходит за рамки этого и подтверждает то, что некоторые авторы давно подозревали.«

Замедление роста китов совпадает с увеличением количества запутываний. Исследование, проведенное в 2012 году в Аквариуме Новой Англии, показало, что более 80 процентов гладких китов запутывались хотя бы один раз в своей жизни, а 60 процентов запутывались более двух раз.

«Мы знаем от других видов китов, в том числе очень близких южных китов, что в случае с мамой, когда вы рожаете, если вы меньше и худее, то и ваш теленок, вероятно, будет меньше. и стройнее, — сказал Стюарт.«Как теленок, вам нужно очень быстро расти в те ранние годы, поэтому у вас может быть меньше шансов на выживание, если вы меньше».

Североатлантический белый кит, в распутывании которого помогла команда биологов штата и федерального правительства. С 2017 года 46 особей южных китов были найдены мертвыми или серьезно раненными. По данным NOAA, это составляет более 10% населения. Архив новостей NOAA 123110 скрыть подпись

переключить подпись Архив новостей NOAA 123110

Североатлантический белый кит, в распутывании которого помогла команда биологов штата и федерального правительства.С 2017 года 46 особей южных китов были найдены мертвыми или серьезно раненными. По данным NOAA, это составляет более 10% населения.

Архив новостей NOAA 123110

Он добавил: «Мы также думаем, что если вы ниже ростом, вы не сможете собрать такой же запас энергии, как более длинный кит. Их бензобак меньше, а это значит, что если вы исчерпаете много этот резерв, когда вы, скажем, кормите теленка… вам, возможно, придется ждать дольше между беременностями ».

Исследователи признают, что запутанность не объясняет всего замедленного роста. Другими факторами могут быть изменение климата, столкновения и шум с кораблей, а также изменение доступности крошечных ракообразных, называемых копеподами,

В настоящее время исследователи пытаются установить, страдают ли другие, менее изученные виды крупных китов и морских млекопитающих от аналогичного снижения роста.

В ответ экологи говорят, что руководителям рыболовства необходимо лучше регулировать распространение крабов и омаров. рыболовство, чьи вертикальные линии к ловушкам на морском дне считаются основной причиной запутывания.Один из возможных ответов — это увеличение инвестиций в разработку и тестирование технологии безканатной рыбалки.

Представители индустрии омаров говорят, что их несправедливо обвиняют в запутывании, и настаивают на необходимости проведения дополнительных исследований, чтобы определить источник снастей, обернутых вокруг этих китов, прежде чем дальнейшее регулирование вытеснит их из бизнеса.

Однако исследователи говорят, что ждать некогда.

«Мы находимся в очень глубокой норе, где обитают гладкие киты», — сказал Мэйо.«На самом деле, этот вид не может терпеть никаких дальнейших ударов, иначе его будущее действительно предрешено».

североатлантических китов сокращаются из-за запутывания орудий лова | Киты

Киты в Северной Атлантике сокращаются в размерах, как выяснили исследователи. Причиной неуклонного сокращения длины животных на протяжении последних поколений является запутывание в рыболовных снастях.

Согласно новому исследованию, средний кит, рожденный сегодня, будет примерно на метр короче, чем кит, родившийся 40 лет назад.Это среднее сокращение продолжительности примерно на 7% за этот период.

Североатлантические гладкие киты теперь, как правило, менее крупны и короче, чем были раньше, причем некоторые особи испытывают крайнее снижение по сравнению с предыдущими нормативами. «Есть некоторые выбросы, которые примерно на 3 метра короче, что было действительно поразительно», — сказал Джошуа Стюарт, морской исследователь из Национального управления океанических и атмосферных исследований (Noaa).

«Я видел фотографии 10-летних китов размером с двухлетних китов, и это было шоком.Это действительно невысокие низкорослые киты », — добавил Стюарт.

Стюарт вместе с коллегами из Ноаа, Аквариума Новой Англии, Университета штата Орегон и Океанографического института Вудс-Хоул использовал множество аэрофотоснимков китов, сделанных с самолетов с экипажем и удаленных дронов за последние 20 лет, чтобы оценить продолжительность киты.

Исследователи смогли внимательно отслеживать рост отдельных китов, идентифицируя их по характерным узорам на их головах.Североатлантические киты являются одними из наиболее изученных китов в мире, и только около 400 китообразных остались в дикой природе.

Исследование, опубликованное в Current Biology, предполагает, что киты страдают от долговременного ущерба, передаваемого из поколения в поколение, из-за попадания в ловушки рыболовных сетей и ярусов, установленных для ловли других видов. Орудия лова истощают китов, не позволяя им использовать свою энергию для увеличения веса и длины. Киты также подвергаются риску столкновения с судами на загруженных морских маршрутах в Северной Атлантике.

«Если вы таскаете рыболовные снасти, у вас меньше энергии для роста, это довольно четкий механизм», — сказал Стюарт. «Если бы я привязал к вам мешок с песком и попросил вас много ходить, вы бы похудели. довольно быстро. Для китов это также означает, что они могут производить более мелких телят с более низкой вероятностью выживания. Мы наблюдаем долгосрочное сокращение их размера ».

Вид получил свое название, поскольку он был «правильным китом», на которого охотились китобои из-за их низкой скорости и склонности к случайному питанию планктоном на поверхности океана.Охота на китов, возможно, уже закончилась, но киты страдают от других антропогенных угроз в Атлантике, таких как удары кораблей и запутывание, в то время как нагревание океана затрудняет поиск их добычи.

В прошлом году Международный союз охраны природы объявил, что этот вид находится всего в одном шаге от исчезновения, изменив его классификацию с «находящегося под угрозой исчезновения» на «находящийся в критическом состоянии». По данным МСОП, из 30 смертей или серьезных травм североатлантических китов, зарегистрированных в период с 2012 по 2016 год, 26 были вызваны запутыванием орудий лова.

Рыболовная промышленность выразила озабоченность по поводу стоимости модернизации снастей, чтобы избежать запутывания китов, но ученые говорят, что необходимы немедленные действия, чтобы избежать полного исчезновения этого вида.

«Внедрение проверенных решений, таких как снижение скорости судна, веревки с более низкой прочностью на разрыв и бесканатные рыболовные снасти в более широком масштабе во всем их ареале, являются критически важными и неотложными шагами, необходимыми для предотвращения исчезновения этого вида», — сказала Эми Ноултон, соавтор книги. новое исследование и ученый из Аквариума Новой Англии в Бостоне.

Большая рыба: краткая история китобойного промысла

Меган Э. Марреро и Стюарт Торнтон

Люди занимаются китобойным промыслом тысячи лет. Норвежцы были одними из первых, кто начал охотиться на китов еще 4000 лет назад. Возможно, японцы поступали так и раньше.

Традиции столь же разнообразных, как инуиты (которые охотились в Северном Ледовитом океане), баски (которые охотились в Атлантическом океане) и японцы (которые охотились в Тихом океане) полагались на китов как на материальные блага, а также на часть своей культурной жизни. личность.

Использовалась почти вся часть кита. Мясо, кожа, жир и органы употреблялись в пищу как важный источник белка, жиров, витаминов и минералов. Из уса плели корзины и использовали в качестве лески. В более теплом климате китовый ус также использовался как кровельный материал. Кости использовались в основном для изготовления инструментов и вырезания церемониальных предметов, таких как маски.

В средние века и в эпоху Возрождения китобойный промысел приобрел популярность по всей Северной Европе. Китовый жир и китовый ус (иногда называемый китовым усом, хотя это вовсе не кость) были ценными товарами.Китовый жир поступает из подкожного жира китов и гренландских китов, а также из полости головы кашалотов. Он использовался в основном для масляных ламп. Корсеты и юбки-кольца были сделаны из китового уса.

Китобойный промысел в Америке

Со временем европейские китобойные промыслы распространились на Северную Америку. Американские колонисты использовали китовый жир для освещения большинства своих ламп.

К середине 1700-х годов стало все труднее найти китов у побережья Атлантического океана. Американский китобойный флот расширил свои операции по всему мировому океану, включая богатые китами воды Арктики и Антарктики.

Китобойный промысел в США достиг своего пика в середине 1800-х годов. Новые технологии, в том числе гарпуны с ружейным вооружением и пароходы, сделали китобои по всему миру более эффективными. Американский китобойный флот, базирующийся на Восточном побережье, управлял сотнями судов в Южной Атлантике, Тихом и Индийском океанах. Китобойный промысел был многомиллионной отраслью, и некоторые ученые подсчитали, что в начале 1900-х годов было добыто больше китов, чем за предыдущие четыре столетия вместе взятых.

Со временем керосин, нефть и другие ископаемые виды топлива стали намного более популярными и надежными, чем китовый жир.Промышленность резко упала.

К началу 1970-х годов в Соединенных Штатах восемь китов были занесены в список исчезающих видов. США официально запретили китобойный промысел в 1971 году.

Китобойный промысел сегодня

В 1946 году несколько стран присоединились к Международной китобойной комиссии (МКК). Цель МКК — предотвратить чрезмерную охоту на китов. Однако его первоначальные правила были свободными, а квоты были высокими. Запасы китов продолжали сокращаться.

В конечном итоге МКК создал заповедники, свободные от китобойного промысла, в Индийском океане (1979 г.) и в океане, окружающем Антарктиду (1994 г.).

МКК призвал к мораторию на коммерческий китобойный промысел в 1982 году. И Япония, и Норвегия проголосовали против этой политики. Сегодня Норвегия поддерживает охоту на малых полосатиков ради мяса. В Японии разрешен китобойный промысел в научных целях, хотя многие эксперты сомневаются, что вылавливается больше китов, чем необходимо. Мясо китов, убитых для исследований, продается в пищу.

Многие виды китов получили выгоду от моратория МКК. Дэйв Веллер, биолог-исследователь Юго-западного научного центра NOAA по рыболовству в Ла-Хойе, Калифорния, говорит, что популяция серых китов восточной части Тихого океана восстановилась.

«Я думаю, есть достаточно веские доказательства того, что мораторий на охоту позволил некоторым популяциям восстановиться после истощения, когда на них вели китобойный промысел», — говорит он.

По словам Веллера, мораторий IWC на ​​охоту на китов — один из двух основных шагов, которые предпринимает организация.

«Еще одна вещь, которую IWC очень успешно сделала, — это сбор информации и анализ данных, чтобы помочь нам понять состояние различных групп населения, о которых в некоторых случаях мы знали очень мало», — говорит он.

Несмотря на общий мораторий, ограниченный китобойный промысел разрешен для культур коренных народов.

«В Соединенных Штатах эскимосы-инуиты на северном склоне Аляски, в Барроу, Аляска, все еще охотятся на гренландских китов, — говорит Веллер. «Племя индейцев мака, которое находится на севере штата Вашингтон, обратилось с просьбой возобновить охоту на серых китов, которую они традиционно вели. Но сейчас это еще не все обсуждения «.

Арт-объект Страница

Город Халл, важный британский порт для торгового и рыболовного флотов, был центром китобойного промысла до середины девятнадцатого века.В течение восемнадцатый и девятнадцатый века, он привлек ряд совершенных художники-маринисты. Джон Уорд, один из лучших художников, пользовался широким покровительством корабля владельцев и торговцев и производил многочисленные портреты кораблей и гавань взгляды. Его самое оригинальное и яркое Работы — сцены китобойного промысла, которые он нарисовал с начала 1820-х до начала 1840-х гг. Такие работы он начал выставлять на Королевская академия, британский институт, и Королевское общество британских художников в Лондоне в 1830-х годах, что принесло ему признание за пределами его родного города.

Северный китовый промысел: «Лебедь» и «Изабелла» были неизвестны современная стипендия на Ward до тех пор, пока появление на аукционе в сентябре 2006. Еще несколько похожих картин. из Swan и Isabella сохранились, каждый с вариациями в размещении корабли, подробности человеческой деятельности, и разнообразие морских животных показано. Недавно приобретенный картина входит в число самых красивых нарисовал из всех творений Уорда.В два основных корабля кропотливо визуализирован, чтобы захватить точные детали оснастка и общая форма, в то время как другие вдали изображены сосуды. Лед льдины дрейфуют по морю, а айсберги маячат на заднем фоне. Сцена заполнена с деятельностью, связанной с китобойным промыслом: полоски китовой плоти загружаются на Swan слева; длинная лодка буксирует мертвого кит на среднем расстоянии; и лодка преследует кита возле Изабелла справа.Самый замечательный это множество диких животных, в том числе три тюленя и пары белых медведей, моржей, и нарвалы; чайки скользят по вода и лед, в поисках и в некоторые случаи находки, кусочки сала.

В коллекции Галереи есть только несколько морских картин британских художников и ни один из них не изображает арктическую сцену. Северный китовый промысел: «Лебедь» и «Изабелла» с ее очаровательной и привлекательный предмет и исключительно прекрасный эстетический уровень его реализации, это важное и долгожданное дополнение.

Рыбаки выловили кусок китовой рвоты весом 280 фунтов на сумму 1,5 миллиона долларов

Это больше не во чреве зверя.

Рыболовная бригада, работающая у побережья Йемена, выловила редкий кусок китовой рвоты весом 280 фунтов — улов стоимостью около 1,5 миллиона долларов.

Рыболовная бригада из 35 человек поймала тушу кашалота во время рыбалки в Аденском заливе. Из-за сильного запаха фекалий они определили, что труп, вероятно, содержал так называемую амбру.

Острое воскообразное вещество вырабатывается в кишечнике кашалотов. По иронии судьбы, он исторически использовался в парфюмерии, поскольку содержит спирт без запаха, который продлевает срок хранения аромата. Но серая амбра настолько редка и поэтому чрезвычайно ценна, что парфюмеры теперь обычно используют синтетические копии натурального спирта.

Когда команда врезалась в брюхо кита, они обнаружили большой кусок «плавающего золота». Мужчины продали ароматный шарик кому-то в Объединенных Арабских Эмиратах за 1 доллар.5 миллионов.

Рыбаки разделили прибыль поровну и пожертвовали часть своего состояния бедным семьям в своей общине. Трофеи их ценной находки вывели команду из бедности: несколько членов экипажа приобрели новые дома, автомобили и лодки.

Йемен — одна из беднейших стран мира из-за многолетнего конфликта, и многие семьи выживают благодаря рыболовству.

«Это была невообразимая цена», — сказал BBC об их доходе один из мужчин.«Мы все бедны. Мы никогда не ожидали, что эта штука принесет нам такую ​​огромную сумму ».

Восковое вещество обычно продается по цене до 50 000 долларов за килограмм. Питер Камински

Помимо ароматов, в восточных культурах серая амбра используется в качестве приправы в лекарствах и снадобьях. И теперь это незаконно в США. Хотя киты, как правило, не страдают от срыгивания, легковоспламеняющееся вещество объявлено вне закона, поскольку оно производится вымирающими видами, согласно National Geographic.В журнале отмечается, что, хотя ученые не установили точное происхождение амбры, считается, что она возникает, когда кашалоты едят раздражители, такие как клюв, и производят скользкое вещество, защищающее пищеварительные органы от вредных частиц.

«Сокровище моря» чаще всего находят случайно. В январе кусок серой амбры весом 15 фунтов стоимостью примерно 230 000 долларов был доставлен на берег в Таиланде.

Эксперты просят помочь найти калифорнийского детеныша кита, запутавшегося в рыболовных снастях.

Эксперты по морским млекопитающим просят общественность помочь найти запутавшегося в рыболовных снастях детеныша серого кита, который, как полагают, плывет через залив Монтерей или океанские воды дальше на север.

Это животное длиной около 20 футов было впервые замечено у мыса Дана в округе Ориндж 19 апреля. Оно плавало рядом со своей матерью в рамках огромной миграции, которую серые киты ежегодно совершают из лагун в Нижней Калифорнии. на кормовые угодья на Аляске.

У кита была запуталась леска, за которой тянулся буй. По словам Карен Гриммер, координатора по защите ресурсов Национального морского заповедника Монтерей-Бей, если животное может быть перемещено, спасательные бригады на небольшой надувной лодке попытаются отрезать снаряжение животного.

Эксперты из Центра морских млекопитающих, Long Marine Lab, Moss Landing Marine Labs, NOAA и других организаций в последние годы вырубили других китов в водах у Северной Калифорнии, сказала она. Обнаружив запутавшегося кита, они используют длинные шесты из углеродного волокна с лезвием на конце, чтобы перерезать веревки или другое снаряжение.

«Иногда кит может сбросить снаряжение», — сказал Гриммер. «В других случаях мы можем отрезать все или большую часть снаряжения. В большинстве случаев это происходит.Третий сценарий: мы больше не видим кита и он умирает. Это очень преданная своему делу группа очень увлеченных людей, которые рискуют своей жизнью. Они относятся к этому очень серьезно. Они часто бывают успешными ».

Фил Крейс заметил это животное в прошлый вторник у Малибу. Он снял это на видео с помощью дрона.

«Я был сбит с толку. Мне было жаль, — сказал Крейс, агент по недвижимости в Вестлейк-Виллидж, недалеко от границы округа Лос-Анджелес и Вентура. «Я любитель животных. Было просто больно смотреть.Когда я услышал, что его пытаются спасти, у меня появилась надежда ».

Команда спасателей Тихоокеанского центра морских млекопитающих в Лагуна-Бич и NOAA пыталась освободить животное на прошлой неделе. Но когда они плыли рядом с ним, его мать защитно заблокировала им доступ, и через несколько часов они сдались. Эксперты по китам надеются, что эту пару снова заметят, когда они направятся на север.

По данным NOAA, в прошлом году 17 китов, запутавшихся в коммерческих рыболовных снастях, были замечены у побережья Вашингтона, Орегона и Калифорнии.Наиболее распространенным типом были горбатые киты, хотя запутывались также серые киты, синие киты и финвалы. Хотя серые киты, которых сейчас около 20 000 у западного побережья, восстановились после прекращения охоты на китов 50 лет назад и больше не находятся под угрозой исчезновения, удаление снастей является ключевым фактором для перспектив детеныша кита, сказал Гриммер.

«Он может мешать его естественному поведению, кормлению. Он мог зацепиться за что-нибудь еще. Он может подобрать дополнительное снаряжение ».

Каждого, кто видит кита во время тура по наблюдению за китами, с рыбацкой лодки или другого судна, просят указать его местоположение и позвонить на горячую линию NOAA по телефону 877-767-9425, чтобы можно было отправить спасательную команду.

Детеныш серого кита, запутавшийся в рыболовных снастях, был замечен у Малибу во вторник, 20 апреля 2021 г. (Фотография Фила Крейса, специально для Bay Area News Group)

Профиль видов горбатых китов, Департамент рыбы и дичи Аляски

Перейти к видам:

Морское ушко, Пинтоальбатрос, Черноногий альбатрос, Короткохвостая летучая мышь, MyotisBat Кина, Маленькая коричневая летучая мышь Myotis, Седовласый медведь, Черный медведь, Коричневый медведь, Полярный бобр HeadCisco, ArcticCisco, BeringCisco, LeastClam, GeoduckClam, LittleneckClam, RazorCoyoteCrab, Blue KingCrab, DungenessCrab, Golden KingCrab, Red KingCrab, TannerCrane, SandhillCurlew, EskimoDeer, MuleDeer, Sitka, White-sidedagle, Sitka, White-sidedagle, Sitka, White-sidedagle , Очковая гага, Steller’sElk, РузвельтРеминаEulachonFisherFox, ArcticFox, RedFrog, Columbia SpottedGoat, MountainGoose, CanadaGoose, Emperorgoshawk, Northern Grayling, ArcticGrouse, RuffedGrouse, Red-tailedRusse, SootyshoemingBarse, Тихоокеанский Северный ошейник на, желтоклювый рысь, скумбрия атка, аляскинский сурок, седой сурок, сурка, мартен, американская сука, тихоокеанская норка, американский лось, мурреллет, кошачья лапка, мраморный мускус, мускрат, тритон, американская овчарка, осипа, Река, северная морская свинья, Сова Гавань, Рыжая, Рыжая, ИваВорон, Обыкновенный северный олень, Рокфиш Санты, Черный Рокфиш, Желтоглазка, морской окунь Креветка, северная креветка, боковая полосатая креветка, пятнистая расплавка, длинноперый плавник, прудовая расплавка, радужная белка, арктический суслик, северная летяга, красная лебедь, жаба-трубач, западная форель, морская черепаха, морская черепаха, морская черепаха, морская черепаха, морская черепаха, морская черепаха, морская черепаха ve Ridley SeaVole, MeadowVole, Red-BackedWalrus, PacificWhale, BelugaWhale, GrayWhale, HumpbackWhale, KillerWhale, Северный тихоокеанский кит, SpermWhitefish, BroadWhitefish, HumpbackWolfWolverine

Для печати

.

Ответить

Ваш адрес email не будет опубликован.