Книги об охотниках и промысловиках: Книги о приключениях в тайге: список лучших (47 шт.)

Книги о приключениях в тайге: список лучших (47 шт.)

Рейтинг на приключенческие книги представлен в порядке убывания голосов поклонников жанра, прочитавших произведение. На основании впечатлений они делятся своим мнением — положительным или отрицательным. Последнее тоже иногда звучит убедительным доводом «за», ведь вкусы у всех разные.

На странице легко подобрать книги о приключениях в тайге, исключив вероятность неудачной покупки. Ждем и ваших отзывов — они наверняка помогут книжным «гурманам» определиться с выбором.

  • 1.

    С. А. Лобов

    71

    поднять опустить

    С годами я всё чаще стал вспоминать прошедшие годы и те случаи, которые произошли со мной в далёком прошлом. Что удивительно, передо мной возникали картины, как будто это было вчера, а не много лет назад. Я ясно представлял себя и своих друзей на природе, когда мы ездили в тайгу на охоту или рыбачили на озере. Поэтому я решился написать эти рассказы, чтобы сохранить память о тех временах и своих друзьях.  … Далее

  • 2.

    Александр Богданов

    69

    поднять опустить

    «Родион вот уже несколько дней на заимке. Изба слажена на славу. Как художник, любовно выполнивший задуманную работу, не нарадуется он на создание рук своих: позванивает топориком, пробует, крепко ли в пазах, ковыряет ногтем конопатку, сухой олений мох…»  … Далее

  • 3.

    Сергей Степочкин

    54

    поднять опустить

    Остросюжетный криминальный роман рассказывает о жизни людей, волею судьбы попавших в нестандартную ситуацию. В тайгу на ПМЖ одновременно попадают как бежавшие из зоны осужденные, так и люди, которых судьба вычеркнула из списка добропорядочных членов общества и которые стали людьми без определенного места жительства. Но человек должен оставаться человеком всегда. Однако для одних создание проблем себе и другим – это смысл жизни. Для других – преодоление разного рода проблем, жизненное испытание.  … Далее

  • 4.

    Дмитрий Житенёв

    43

    поднять опустить

    Эта книга о том, как умели выживать в тайге настоящие таёжники, как они владели теми или иными таёжными охотничьими уменьями. В ней читатель узнает не только об опыте самого автора, но об опыте путешественников прошлых лет, а он ведь неоценим, потому что и сегодня костёр надо ладить из тех же промёрзших поленьев, и снег всё так же липнет к лыжам, и всё так же опасна переправа на горной реке, и Полярная звезда так же указывает на север, как и тысячи лет тому назад.  … Далее

  • 5.

    Алексей Черкасов

    33

    поднять опустить

    Роман «Хмель» – первая часть знаменитой трилогии «Сказания о людях тайги», прославившей имя русского советского писателя Алексея Черкасова. Созданию романа предшествовала удивительная история: загадочное письмо, полученное Черкасовым в 1941 г., «написанное с буквой ять, с фитой, ижицей, прямым, окаменелым почерком», послужило поводом для знакомства с лично видевшей Наполеона 136-летней бабушкой Ефимией. Ее рассказы легли в основу сюжета первой книги «Сказаний».  … Далее

    В глубине Сибири обосновалась старообрядческая община старца Филарета, куда волею случая попадает мичман Лопарев – бежавший с каторги участник восстания декабристов. В общине царят суровые законы, и жизнь здесь по плечу лишь сильным духом…

    Годы идут, сменяются поколения, и вот уже на фоне исторических катаклизмов начала XX в. проживают свои судьбы потомки героев первой части романа. Унаследовав фамильные черты, многие из них утратили память рода…  … Далее

  • 6.

    Варлам Шаламов

    31

    поднять опустить

    ««Малая зона» – это пересылка. «Большая зона» – лагерь горного управления – бесконечные приземистые бараки, арестантские улицы, тройная ограда из колючей проволоки, караульные вышки по-зимнему, похожие на скворечни…»  … Далее

  • 7.

    Владимир Колычев

    27

    поднять опустить

    В зимнем небе над сибирской тайгой взрывается вертолет. Неподалеку от места падения винтокрылой машины егерь Данила Качалов, бывший спецназовец, обнаруживает миловидную девушку по имени Лена. Спасаясь от волков, она взобралась на дерево. Оказав пострадавшей первую помощь, Данила отправляет ее домой в Москву… По весне Качалов находит в тайге принадлежащее Лене бриллиантовое колье, которое она потеряла, убегая от лесных хищников. Чтобы вернуть украшение владелице, Данила едет в Москву, но в поезде его обкрадывает юная воровка. Бросившись за ней в погоню, Качалов обнаруживает, что он не единственный, кто участвует в охоте на колье: одних привлекает его стоимость, и они готовы валить всех направо и налево, другие действуют более тонко – им нужна не сама драгоценность, а тайна, которая в ней скрыта…  … Далее

  • 8.

    Станис Фаб

    27

    поднять опустить

    Сибирская «Золотая тайга» манила своими богатствами. Искатели приключений, золотоискатели стремились сюда в надежде на удачу. Здесь происходили самые невероятные события, о которых мы узнаем с первых страниц этой приключенческой и детективной повести.  … Далее

  • 9.

    Игорь Поляков

    19

    поднять опустить

    Доктор Ахтин уходит от преследователей через болото. Потеряв месяц своей жизни, он выбирается из него, и находит людей – Виктора, и Валентина, которые заблудились в лесу. С ними он идет по тайге, пока они не попадают к сектантам, живущим в пещерах и ждущим Апокалипсис.  … Далее

    Доктор Ахтин делает то, что умеет. И он становится тем, кто приносит сектантам Конец Света. Он делает первый шаг в Бездну, из которой он возвращается с осознанием того, что он должен делать дальше.

    Доктор Гринберг вынашивает беременность, вспоминая и проклиная Ахтина. Следователь Ильюшенков наблюдает за ней, ожидая возвращения Парашистая.  … Далее

  • 10.

    Владимир Клавдиевич Арсеньев

    19

    поднять опустить

    В романе исследователя Дальнего Востока В. К. Арсеньева (1872–1930) «Дерсу Узала» рассказывается об экспедиции по Уссурийскому краю, предпринятой ученым в 1907 г. Книга посвящена проводнику этой экспедиции, гольду Дерсу Узала, обучавшему членов отряда житью в тайге и спасавшему их от опасностей.  … Далее

    Роман познакомит читателя с природой Уссурийского края и народами, населяющими его, их бытом, обрядами и легендами. Арсеньев правдиво и увлекательно повествует о жизни в тайге, где каждый неверный шаг грозит охотнику смертью, где животных убивают не для развлечения или ради трофеев, а для пропитания, где люди помогают друг другу выжить, не прося ничего взамен.

    Роман «Дерсу Узала» включен в перечень «100 книг по истории, культуре и литературе народов Российской Федерации, рекомендуемых школьникам к самостоятельному прочтению».

    Для среднего и старшего школьного возраста.  … Далее

  • 11.

    Алексей Черкасов

    14

    поднять опустить
  • 12.

    Валерий Щербаков

    14

    поднять опустить

    В сборник включены рассказы и стихи Валерия Щербакова. Автор просто и бесхитростно рассказывает о себе и о народной жизни в сибирской глубинке. Его рассказы говорят о глубоком понимании автором души и психологии простого русского человека. Во всех произведениях звучит любовь к сибирскому краю. «Вот он, край родной! Красивее места я и представить не могу!» Мысли Захара, героя одноимённого рассказа «Дыхание тайги», могут звучать эпиграфом к каждому произведению, включённому в данный сборник.  … Далее

  • 13.

    Александр Бушков

    13

    поднять опустить

    Старший лейтенант Алексей Карташ, отправленный служить в глухую зону под Шантарском за совращение генеральской внучки, замечает неладное – смертность среди зэков возрастает, по поселку ходят слухи о засекреченном объекте в тайге. Никто не рискует сунуть нос в эти темные дела, лишь один Карташ решается приоткрыть завесу тайны над гибельным местом.  … Далее

  • 14.

    Евгений Сухов

    12

    поднять опустить

    В 1918 году группа чекистов вывозит из Иркутска конфискованные драгоценности. По дороге в Петроград сотрудники ЧК сталкиваются с серьезной проблемой: на Урале мятеж, и двигаться дальше невозможно. Возвращаться тоже некуда – Иркутск в руках врага. Чекисты перегружают ящики с драгоценностями на подводы и спешат укрыться в тайге, белые устремляются за ними. Оба отряда пропадают в глухой необитаемой местности – и никаких следов… В 2006 году студенты истфака находят дневник белогвардейского поручика. В нем подробно описываются ценности, которые были конфискованы красными, и студенты загораются идеей во что бы то ни стало отыскать клад. Они снаряжают экспедицию, отправляются в тайгу… и вскоре сталкиваются там с опасными конкурентами. Поисками сокровищ, оказывается, занимаются не только они…  … Далее

    Книга также выходила под названием «Таежное золото».  … Далее

  • 15.

    Владимир Клавдиевич Арсеньев

    11

    поднять опустить

    В произведении «Дерсу Узала» известного исследователя Уссурийского края, выдающегося путешественника и писателя Владимира Клавдиевича Арсеньева рассказывается о представителях маленькой народности гольдов, к которым принадлежит и проводник автора повествования — опытный следопыт Дерсу Узала. По мотивам этого произведения был снят не один фильм, а одноименная работа японского кинорежиссера А.Куросавы удостоена премии «Оскар». Научные труды, научно-популярные очерки и научно-художественные произведения В. Арсеньева переведены более чем на 30 языков.  … Далее

  • 16.

    Алексей Черкасов

    10

    поднять опустить

    «Конь Рыжий» – продолжение романа «Хмель» и вторая часть знаменитой трилогии Алексея Черкасова «Сказания о людях тайги», созданная им в соавторстве с супругой Полиной Москвитиной. Роман написан в 1972 году – позже других книг трилогии, и посвящен бурным событиям Гражданской войны.  … Далее

    Сибирь охвачена белым террором, и даже непреклонным старообрядцам не удалось остаться в стороне от политических событий: Белая Елань разделилась на два лагеря, взбудораженная стремительным бегом грозного и неумолимого времени. «Время не конь, не объездишь, не уймешь – летит-мчится, а куда? И как там будет завтра, послезавтра? Погибель или здравие? К добру или к худу утащит за собой суматошное время?..»

    Необходимость выбрать свой путь встает и перед главным героем романа – казачьим хорунжим Ноем Лебедем по прозвищу Конь Рыжий, поступками которого руководит незыблемая вера в торжество добра и справедливости: «Совесть мою никто не свергнет. И честь. На том весь белый свет стоит».  … Далее

  • 17.

    Сергей Зверев

    10

    поднять опустить

    Зэки, бежавшие с этой таежной зоны, далеко не уходили – так и оставались лежать в сырой земле по ту сторону колючки. Потому в последнее время никто бежать и не пытался. А вот зэк по кличке Летун решил попробовать. Не сам по себе, конечно, а при поддержке смотрящего зоны вора в законе Бедова. Оказалось, бежать легко, а вот выжить в тайге почти невозможно. Но каждый выбирает свою судьбу сам – либо мотать весь срок на коленях, либо лететь к свободе вольной птицей…  … Далее

  • 18.

    Николай Пирогов

    9

    поднять опустить

    Во время школьной экспедиции на острове пропадают две девочки. Их поиски ни к чему не приводят. Отец одной из девочек, человек влиятельный, привлекает для поиска девочек профессионального охотника и знатока тайги. Поискам пропавших девочек пытаются противодействовать разные люди, каждые из которых по-своему заинтересован в том, чтобы дети не нашлись.  … Далее

  • 19.

    Алексей Макеев

    8

    поднять опустить

    Простого работягу Антона увольняют с работы, и он, чтобы хоть как-то прокормить семью, отправляется в тайгу на поиски корня женьшеня – очень востребованного снадобья, цена которого на черном рынке прямо-таки астрономическая. В планах Антона – собрать побольше корня и спокойно вернуться домой. Но все оказывается не так просто. Тайга встречает Антона дружелюбно, заманивает в свои объятия и убаюкивает бдительность, а потом внезапно набрасывается на него диким зверем. Антон становится свидетелем, а потом и участником страшных и кровавых событий. И чтобы остаться в живых, ему придется сильно постараться…  … Далее

  • 20.

    Геннадий Васильевич Осипов

    8

    поднять опустить

    Однажды тринадцатилетний мальчик столкнулся в лесу нос к носу с оскалившимся матёрым волком. На секунду они встретились взглядами. По спине мальчика пробежал холодок. Угрожающая поза не оставляла сомнений в том, что волк приготовился к решающему прыжку… …Последнему для мальчика.  … Далее

  • 21.

    Тамара Булевич

    7

    поднять опустить

    Книга «Тайга заповедная» известного сибирского писателя Тамары Булевич приоткроет вам мир большого древнего леса, в таинство манящей и таинственной, многоголосой и щедрой на подарки гостеприимной тайги Красноярья. И, чур, умейте читать её не только широко раскрытыми глазами, но и чутким, добрым, любящим природу и лесных обитателей сердцем.  … Далее

  • 22.

    6

    поднять опустить

    В северной тайге в окрестностях г. Ноябрьска (Ямало-Ненецкий автономный округ) в 1999-2003 гг. было изучено население почвенных животных. В 30 естественных и антропогенно измененных биотопах (различные варианты лесов, болот, гари, песчаные карьеры разного возраста, места добычи нефти) изучалось население панцирных клещей (орибатид), гамазовых клещей, коллембол, жуков-жужелиц и пауков. Всего отмечено около 300 видов из этих таксонов, выделены экологические группы, смена которых помогает диагностировать скорость, направление и этапы сукцессионного процесса. Показано, что нарушения в северотаежных экосистемах изменяют сценарий смен почвенного населения на характерный для более южных биоценозов: средней и южной тайги. Полевой эксперимент с изоляцией почвенных образцов от микроартропод показал большую минерализацию почвы в их отсутствие. В книге обсуждаются аргументы в пользу выделения северной тайги в самостоятельный биом, отличный от дериватов типичной тайги и тундры.  … Далее

  • 23.

    Александр Рогинский

    5

    поднять опустить

    В тайгу едет команда журналистов зарабатывать деньги. Главный герой, к примеру, на собственную свадьбу. Свою профессию скрывают, иначе рубить трассу для газопровода не позволят. Их сразу зачисляют в теневую бригаду, на которой хорошо зарабатывают местные дельцы. Гнус, жара, опасность, подстерегающая на каждом шагу… В тайге главный герой встречает девушку из студенческого отряда и влюбляется в нее. С этого момента все и начинается…  … Далее

  • 24.

    Евгений Сухов

    4

    поднять опустить

    Побег группы рецидивистов из Юрьевской колонии строгого режима застал силовиков Камчатского края врасплох, и они обратились за помощью в Москву. Из столицы незамедлительно прибыл подполковник Следственного комитета Афанасий Покровский. Он разработал операцию по поимке беглецов и во главе отряда внутренних войск отправился в тайгу, полагая, что преступники могли скрыться только там. Операция набирала обороты, и когда преследователи почти настигли рецидивистов, вдруг случилось нечто невообразимое: «ожил» вулкан, который сотни лет считался потухшим. Тонны пепла изверглись в небо в тот самый момент, когда отряд Покровского находился в непосредственной близости от вулкана…  … Далее

  • 25.

    Сергей Максимов

    3

    поднять опустить

    «Цель моей книги – показать, как спланированная Сталиным система террора воплощалась в жизнь. Стараясь быть максимально объективным, я почти не делаю обобщений и выводов в моей книге, а просто рассказываю о том, что видел и что пережил в советском концлагере за пять лет пребывания в нем».  … Далее

    (С. Максимов)

    «Максимов дает безукоризненно правдивые зарисовки принудительного труда в советских концентрационных лагерях. Сборник его рассказов согрет состраданием к человеку. Но это сострадание не жалостливое, а мужественное…»

    (В. К. Завалишин)  … Далее

Комментарии:


Книги про охоту список лучших

Охота — это не случайное увлечение. Это инстинкт наших предков, для которых охота была одним из главных источников существования. Сейчас она возведена в ранг спорта. Книги про охоту покажут, что это целая наука, изучать которую можно едва ли не всю жизнь. Охотник — это и следопыт, и меткий стрелок, и внимательный наблюдатель, и непревзойденный повар. Решили последовать неугасимому инстинкту и начать охотиться? Книги про охоту вам необходимы. Узнать и усвоить нужно многое: экипировка, ружья, обучение собак, искусство стрельбы, нюансы охоты на зверя и птицу, сезоны, места, разрешения… Наука увлекательная и сложная, но очень интересная.Михаил Вавилов: Охота в России во всех ее видах. Иллюстрированная энциклопедия
Исчерпывающее собрание знаний об охоте и всех ее нюансах. Любая местность: болото, водоем, лес или степь. Всевозможные животные: их поведение, секреты приманки. Оружие: какое, когда и для какой цели предназначено. Полная, собранная с вниманием к деталям информация.

Николай Кутепов: Русская охота. Великокняжеская, царская, императорская
Этот труд был составлен по поручению Александра III и охватывает историю русских охотничьих традиций, начиная с X века. Работа над ним длилась почти 20 лет. Текст проиллюстрирован художниками той эпохи. Издание стало шедевром книгопечатания и исторической памяткой.

Алексей Корюков: Охота, есть охота! (охотничьи байки)
Разве возможна охота без расхожих баек и курьезных историй? Некоторые нелепые инциденты становятся анекдотами, а какие-то как нельзя лучше подходят для долгих вечеров у костра в разгар охотничьего сезона. Все они интересны и пронизаны особой атмосферой охоты.

А. Хартинк: Охотничьи винтовки и дробовые ружья. Большая энциклопедия
Книгой заинтересуются не только заядлые современные охотники, но и коллекционеры ружей и винтовок. Сведения систематизированы в алфавитном порядке. Подробно рассказано о разработке моделей и типов оружия. Книга снабжена достоверными и подробными иллюстрациями.

Федоров, Малов: Соколиная охота
Первая книга, целиком посвященная этому виду охоты. Вы узнаете историю развития соколиной охоты, имена наибольших ее энтузиастов, неизвестные ранее нюансы применения ловчих птиц в тандеме с охотничьими собаками. В качестве иллюстраций — гравюры и работы художников.

Киреева, Суходольский: Книга Гастронома. Про охоту и рыбалку
Страсть русского человека к рыбалке и охотничьему промыслу не избыть никогда. А чтобы дичь и выловленная собственноручно рыбка радовали вас отменным вкусом, мы издали эту книгу. В ней мы собрали множество идей для ваших блюд и нашли рецепты отменных соусов к дичи и рыбе.

Леонид Сабанеев: Русская охота
Книга включает огромное количество советов опытных людей, которые посвятили охоте не один год. Издание составлено на основе заметок и личных наблюдений Леонида Сабанеева. Он признанный авторитет в охотничьем и рыбацком промыслах, редактор тематических журналов.

Олег Малов: Охота на медведя
Книга посвящена интересному виду охотничьего промысла — охоте на медведя. Это рассказ и об особенностях поведения этого зверя, и об ответственности и осторожности во время охоты, о драматических ситуациях и сложных отношениях человека и сурового властителя леса.

Леонид Сабанеев: Охотничий календарь
Основа книги — заметки автора. За плечами знатока охоты Сабанеева — многолетний опыт редактуры тематических журналов. «Календарь» уделяет подробное внимание промысловым зверям (повадкам животных, особенностям охоты), дрессуре охотничьих псов, уходу за оружием.

Алексей Потапов: Охотничье ружьё без секретов
Подробный гид по устройству и любопытным деталям охотничьих ружей. Благодаря подробным фотографиям читатель увидит, как все устроено внутри ружья, как взаимодействуют детали. Вы узнаете, как проходит огневой процесс в стволе, что происходит в нем во время выстрела.

Илья Гусев: Большая энциклопедия охоты
Чтобы стать охотником, недостаточно взять ружье и прийти в лес. Охота — наука непростая, и требует тщательного к себе подхода. Для построения крепкой теоретической базы воспользуйтесь этой книгой, и тогда проблем с практической частью охоты у вас не возникнет.

Ликсо, Виноградов, Шунков: Охота
Настоящий охотник никогда не будет относиться к этому промыслу легкомысленно. Ведь охота — это обширная наука, не овладев азами которой ружье в руки лучше не брать. Эта книга — о ружьях, о животных, о коллективной охоте и ее правилах, об оформлении трофеев и многом другом.

Александр Шестак: На реву
У автора книги интересная и редкая профессия — биолог-охотовед. Его карьера стартовала с должности охотоведа, а годы спустя автор уже работал в соответствующем министерстве. Это издание — увлекательный рассказ об опыте человека, чей жизненный путь — охотничья тропа.

Игорь Савченко: Современная русская охота. Полезная книга для начинающих
Природа щедра к охотникам. Она открывает перед ними свои прекрасные пейзажи, дарит прохладу рек, тень лесов, просторы полей, загадочные глубины болот. Природа преподносит охотнику еще один ценный дар: осознание себя человеком — благородным и справедливым.

Сергей Ерофеев: Современная энциклопедия охоты
Охота — древнейший промысел. Тяга к ней у мужчины-добытчика в крови. И хотя сейчас можно прожить и без дичи, но инстинкты — вещь непобедимая. Эта книга научит, как быть охотником. Здесь все об оружии, экипировке, повадках животных, сезонных особенностях охоты.

Сергей Ефимов: Европейская охота и охотничье оружие от Средневековья до конца XVIII век
Все о европейской охоте — от раннего Средневековья и до начала эпохи Просвещения. Оружие, особенности охоты вельмож и королевских особ, ловчие птицы и охотничьи собаки. Также приведены курьезные и трагические случаи на охоте, которые иногда вершили судьбы держав.Игорь Савченко: Золотая книга охотника. Удиви друзей трофеями!
Лучшие советы охотнику, собранные в одном издании: что взять с собой; как дрессировать собак; где, как и на кого охотиться; экипировка, оружие, регулирующее эту сферу законодательство. И обязательно — вкуснейшие способы приготовления добытой вами на охоте дичи.

Игорь Савченко: Ваша первая энциклопедия охоты
Чтобы ответственно подойти к процессу охоты, подготовиться нужно основательно. Вопросов и нюансов в этом промысле хватает — начиная от снаряжения, оружия и дрессировки собак и заканчивая законодательством, регулирующим охоту. Не растеряться поможет эта книга.

Сергей Малашко: Весенняя охота на гуся, или Бегство от себя к себе
Автор делится своими историями об охоте и о родном для него севере. О природе этих мест — суровой и прекрасной в своей строгости. Об охоте и главных ее смыслах, которые заключаются далеко не в количестве трофеев. О поисках пути к себе. О приверженности традициям края.

Русская охота
Обширное тематическое издание, освещающее традиции русской охоты начиная с времен Владимира Мономаха и до царствования последнего императора — Николая II. Приведены исторические факты и практические советы. Иллюстрации — рисунки из классических изданий.

Николай Смирнов: Под охотничьей звездой. Рассказы, стихотворения, очерки
Автор с невероятной поэтичностью рассказывает об охоте и воспевает величие природы. Смирнов с детства полюбил охоту. Обладая художественным чутьем и высоким слогом, он как никто другой способен рассказать о любимом деле, и делает это вдохновенно и с удовольствием.

Лев Трутнев: Справочник охотника-любителя
Охотничий стаж автора насчитывает более 60 лет. Опыт, глубокое изучение тематической литературы и ее анализ, устные рассказы бывалых охотников послужили основой для справочника. Он рассчитан не только на любителей охоты, но и на работников охотничьих хозяйств.

А.Г. Азаров: Практикум охотника-гусятника
Всё об охоте на гусей: подготовка, снаряжение, особенности патронов и техники стрельбы, правильное использование чучел и манков. Уделено внимание ночевкам в условиях болотистой и лесной местности, правилам безопасного привала. Советы изложены живо и понятно.

Модест Калинин: Облавная охота на лося
Автор — мастер стрельбы и профессиональный охотовед. Он имеет огромный опыт организации разных видов коллективной охоты — на лосей, волков, кабанов. Это позволило автору со знанием дела написать труд по коллективной охоте, который пригодится и новичкам, и бывалым.

Ф. Лялин: Белая куропатка и охота на нее
Русская охота богата не только традициями и насыщенной историей. Этот промысел может похвастать истинными мастерами, которые и охотились виртуозно, и книги об этом писали. Труды, созданные 2-3 века назад, во многом не теряют актуальности и сейчас. Это — один из них.

М. Петрункевич: Как самому натаскать легавую
Правильная дрессировка легавых псов — совсем не обязательно прерогатива кинологов. Натаскать легавую можно и самостоятельно и сделать это быстро и с профессиональным результатом. В книге даны советы по дрессуре, рекомендации для каждого вида охоты с легавыми.

Алексей Зернов: Что такое хороший бой охотничьего дробового ружья
Опытному охотнику этот нюанс в оружейном вопросе не в новинку. А начинающим будет полезно узнать, что же такое по-настоящему хороший бой ружья, почему он должен быть именно таким, на что он влияет, от чего зависит, и как добиться, чтобы охотничье ружье вас не подводило.

Митичкин, Митичкин: Современные пулевые снаряды для гладкоствольных ружей
Доходчивое объяснение процессов, происходящих во время выстрела. Зависимость качества выстрела от характеристик патрона. Информация о современных боеприпасах, изготовленных из нетоксичных материалов. Новинка — компоновка патронов спортивных и охотничьих.

Олег Малов: Охота на боровую дичь
Боровая дичь и охота на нее занимают особую нишу в обширных традициях русского охотничьего промысла. Книга подробно освещает нюансы охоты на каждый из видов боровой дичи, рассказывает о повадках птиц, уделяет внимание использованию собак в этом виде промысла.

Ликсо, Шунков: Лучшее охотничье оружие мира
Охоту без оружия представить невозможно, и это касается не только ружей. Ведь промысел этот древний, наши предки охотились задолго до изобретения пороха. В этой книге — все об оружии для охоты, включая арбалеты, ножи, современные луки. Для всех почитателей оружия.

Виктор Шунков: Двуствольные охотничьи ружья мира
Книга вмещает подробные и точные описания, характеристики, фотографии почти всех современных гладкоствольных ружей для охоты, причем как экземпляров серийного производства, так и единичных шедевров от ведущих мастеров и лимитированных серий элитных ружей.

Николай Пахомов: Охота с гончей
Труды Пахомова настолько исчерпывающие, что после их прочтения необходимости в дополнительной информации о гончих не возникает. Книги автора всегда востребованы как теми, кто уже занимается этими собаками, так и теми, кто пока еще только планирует приобрести гончую.

Виктор Шунков: Самозарядные и помповые охотничьи ружья
В издании приведены описания ружей, которые могут использоваться не только в целях охоты, но и как спортивные, а также в полицейской практике и для самообороны. Описаны свыше 100 видов гладкоствольных ружей — и помповых, и самозарядных. Книга проиллюстрирована.

8 621

Охота как образ жизни. Сборник рассказов

Annotation

Посвящается нелегкому труду охотников-промысловиков. Рассказы захватывают остротой и отсутствием фальши.Содержит нецензурную брань.


Охота как образ жизни

Охота. Охота, – это не просто развлечение, как думают многие молодые, причислившие себя к когорте охотников.

Нет. Охота, – это, скорее, образ жизни. Да, это образ жизни. На каком-то отдельно взятом промежутке времени, когда человек, отрешается от всего суетного, земного, он попадает туда, в тот мир, параллельный мир, где все законы, вся физика действуют совсем иначе.

И вот, чтобы вернуться из того, параллельного мира, вернуться к нормальной, мирской суете, необходимо много знать.

Нужно изучить правила и способы охоты, нужно узнать, изучить места, где собираешься охотиться: леса, поля, горы, болота. Знать экипировку охотника, изучить оружие.

Завести напарника. Да, напарник, если хотите, друг, – на охоте, просто необходим. Даже если за всю вашу охотничью жизнь вы ни разу не попадёте в критическую ситуацию, хотя бы будет перед кем похвастать удачным выстрелом, трофеем. Особенно в молодости, – это не маловажно.

А если вы случайно провалились, хоть в болото, хоть на тонком льду, при переходе речки, тут уж точно, напарник совершенно необходим.

Конечно, речь не идёт о профессиональных охотниках. Там по технике безопасности вас не выпустят в тайгу одного. Хотя прекрасно понимают, что по тайге охотники парами не ходят. Но, на то они и профи, что могут твёрдо контролировать ситуацию. Могут помочь себе сами, когда случится беда. А самые опытные, не допустят никаких просчётов, не допустят беды.

Много лет мне пришлось жить и работать в разных регионах Сибири и Дальнего Востока. Работать именно со штатными, профессиональными охотниками. Очень серьёзные люди встречались, знающие своё дело до тонкостей, до мелочей.

Например, – бригада тигроловов: братья Кругловы, из Хабаровского края. Вспоминаю их только с теплом в душе. Это величайшие профессионалы, мастера своего дела, настоящие охотники.

Это, какими надо быть мастерами, чтобы где-то в тайге, в глухомани, гнаться день и ночь за семьёй тигров, преследовать их беспрестанно, потом, всё же отринуть, отогнать тигрицу от своих детёнышей, чтобы она не помешала поймать котят.

Какие уж там котята, когда каждый весом более сотни килограммов. Да при одном только неверном движении такой котёнок может расправиться с охотниками легко. Это им, охотникам, нельзя убивать, а ему-то можно.

Однажды, один из братьев, – Владимир, тащил на своей спине отловленного, связанного и притороченного к паняге кота. Тяжесть, как я уже упомянул, приличная. Да и сам Володя, – хоть поставь, хоть положи, – силушки не занимать. Они вытаскивали этого кота к дороге, где их поджидала машина.

Проходя по руслу замёрзшей реки, под таким грузом, Владимир провалился. Он улетел под лёд вместе с панягой, на которой рычал драгоценный груз.

Напарники, конечно, тут же выдернули его из воды, но спасать стали кота, прочищая и продувая ему ноздри, протирая намокшую шерсть. Только потом развели костёр и стали сушить охотника.

Очень дорого достаётся и ценится каждый отловленный тигр.

Или Степан Зырянов,– штатный охотник Восточной Сибири, соболятник. Для него не было даже малейшего секрета в своей профессии, который бы остался им не раскрыт. Он знал о жизни в тайге всё. И всё умел.

Много, очень много истинных лесовиков, правдашных охотников бродит по тайгам. И большое им спасибо, что науку ту, науку охоты, промысла, они не прячут. Сколько знал добрых охотников, – все таскали с собой молодого напарника, учили уму-разуму, таёжному ремеслу.

Да и в школах сельских, особенно таёжных, на внеклассных занятиях преподавался предмет, который так и назывался: охотничье дело.

Теперь этого нет. А стать охотником, хлебнуть этой романтики, хотят многие. Мало-мало охотминимум выучат, получат билет, и всё, беги, охоться.

А столько опасностей поджидает молодого романтика на тропе охоты, столько, что и не решишь сразу, с какой начать рассказ.

Вот, к примеру, спички. Очень важная часть экипировки охотника. Сейчас можно купить, без особых трудностей, самые навороченные зажигалки, непромокаемые спички, и прочее. Но, главное, чтобы они были у вас, в нужном месте и в нужное время. И не подвели.

Я всегда имел при себе коробок спичек, запаянный в целлофан. За много лет скитаний по тайге, горам, тундре, я ни разу не воспользовался этим коробком, но он был всегда в боевой готовности. Это не значит, что за сорок лет экстрима я не тонул, не проваливался, не попадал в другие сложные ситуации, где срочно нужен был костёр. Конечно, попадал, и тонул, и проваливался. Но получалось, что костёр разжигал другим коробком, который тоже был в укромном месте, тоже надёжно спрятан. И это правильно. Настоятельно рекомендую иметь при себе несколько источников огня. Это может избавить вас от многих неприятностей, а тяжести от лишнего коробка спичек, – чуть.

Расскажу один случай. Участок, где мы с напарником охотились, изобиловал мелкими, не замерзающими по всей зиме речушками. Они по всему руслу имеют донные родники, и даже в самые сильные морозы не перехватываются. Так, чуть закрайки распустят, и те слабые, – вес охотника не выдерживают.

Незамерзающие реки, протоки, очень неудобны при ходовой охоте. Когда ещё капканишь, по стационарному путику ходишь, – ещё терпеть можно. В этом случае заранее переправы готовишь, даже летом. И то, приходится останавливаться, снимать лыжи, переправляться, снова надевать лыжи. Это напрягает.

Ещё более напрягает, когда ты в свободном полёте, – охотишься с собаками. Соболя гонят, а он не смотрит, вода, не вода, – переплыл, причем, очень шустро и уверенно, и дальше. Собаки за ним. Следом охотник, – не кинешься в воду, не поплывешь. Переправу ищешь, хоть какую, хоть самую тоненькую жердушку, чтобы по ней перескочить, перелететь. А собаки там уже расстилаются, не велят мешкать, душу в клочья рвут.

Торопливо, с припрыжкой летит охотник по берегу, в поисках хоть жиденькой, хоть разовой переправы.

Так вот, однажды, проверяя капканы, в январе месяце, перебираясь по хорошо утоптанной переправе, излишне опёрся на слегу и она треснула.

Слега, – это жердушка такая, как посох, только побольше и длиннее. С ней, слегой, переходишь речку по бревну. Упираешься этой слегой в дно реки и, не очень легко, но перебираешься. Другой рукой придерживаешь лыжи, рюкзак-панягу, ружьё и посох.

Слега должна быть надёжная. Она должна служить только один сезон. А эта, – бес попутал, работала уже вторую зиму. Жердушка была крепкая, упругая, как показалось, – надёжная. Всю осень ходил с ней, да и половину зимы, – не подводила, – видимо ждала более подходящего момента. И дождалась.

Температура далеко ниже тридцати, поздний вечер, до зимовья около трёх километров, – лёгкий хруст и я лечу в ледяную воду вперёд спиной.

Ухнул, конечно, с головой. Правда, ни лыжи, ни ружьё не выпустил. Глубина, – по грудь. Пока выбрался, – конечно, промок.

Как же я был благодарен напарнику, за ту кучу валёжника и сучьев, которую он наворотил ещё три года назад, когда мы только делали эту переправу. Он расчищал место, и всё складывал в кучу на берегу. А ещё и внутрь запихал здоровенную берестину, скрученную как папирус.

Приседая у этой кучи, чтобы поджечь ту самую берёсту, я услышал, как хрустит на мне одежда, – моментально замёрзла. Спички, спрятанные в самый дальний, внутренний карман, – не промокли, заработали сразу.

Отогревшись у хорошего, большого костра, высушив штаны и куртку, выскоблил ножом лыжи и благополучно пришлёпал в тёплое зимовьё.

Напарник уже был обеспокоен.

История и неказистая, но внимания заслуживает. Можно сделать немало выводов.

* *

*

Таёжная охота, – это совсем другое, не схожее с общепринятым понятием. Это даже и не охота, а, скорее, промысел. Да, ведь на промысле мало задумываешься о красоте процесса, и даже эстетическая составляющая, несколько притупляется.

Какие уж размышления о правильной охоте, о любовании природными прелестями, когда в кармане лежит наряд – задание, где чётко расписано, что ты должен добыть столько-то соболей, столько-то белок, норок, рябчиков и прочих. И хорошо бы побольше, а ещё лучше, – ещё побольше.

Это теперь, «государю-батюшке», не очень нужны огромные кучи золота, в виде дикой пушнины. А во времена «развитого социализма» каждая, самая малая шкурка была составляющей государственного плана.

Охотники промысловики были в чести и почёте. Пользовались серьёзными льготами.

Молодых охотников серьёзно обучали ремеслу. Потом отправляли на сезон, а то и на два, в паре с опытным охотником. Наставнику предприятие платило деньги за обучение. И только потом, через несколько лет, молодой охотник получал свой участок тайги, обустраивал его и охотился там всю жизнь. Так было.

Обустройство участка, – это отдельная история. Предприятие, где охотник работает, отправляет его в тайгу, на свой участок в летний период, для строительства зимовий, прокладку троп, устройство путиков. Подготовка к зимнему сезону. За всю выполненную работу предприятие ещё и деньги платит.

А вот где строить зимовья, как прокладывать капканные маршруты, в каких местах соорудить переправы, – это решает сам охотник, – для себя же делает.

Расскажу один случай, связанный со строительством зимовья. Вернее сказать, с умением правильно выбрать место под строительство.

Два молодых охотника получили в пользование участок. В то время участки таёжные закрепляли сроком на пять лет. Потом акт закрепления продляли, если не было грубых нарушений в пользовании.

Летом напарники, определив по карте примерное место строительства зимовья, отправились в тайгу.

Прибыли, осмотрелись, выбрали место, где густовато рос добрый ельник. С каждой лесины можно выкроить три, а то и четыре бревна. И река рядом, – хоть на лодке подъезжай, хоть зимой по воду иди. Всё хорошо. А ещё мох завидный устилал все окрестности. Сорвёшь его охапку, уткнёшься лицом, и отрываться не хочется, прямо обволакивает.

Клади этого мха между брёвнами поболе, – ох тепло будет зимой.

Правда, место, будто бы низковато, – берег-то наволочный. Противоположный берег реки высокий, даже чуть скалистый, а этот пологий. Зато стройматериал весь рядом, – удобно очень.

Построили.

Осенью, как положено, заехали на лодке, привезли всё необходимое для зимовки, обжились в новом зимовье. Охотились да радовались, что ладная жилуха получилась, тёплая. Правда, место темноватое, – урёмное, солнышко из-за ельника лишь к вечеру выбирается.

А беда прикатила лишь тогда, когда морозы крепкие начались.

Река начала вставать, захлёбываться своей же шугой, забивать, запечатывать этой шугой русло.

И вот, однажды ночью, русло реки совсем переморозило. Такое бывает в горных реках. Сперва дно покрывается рыхлым матовым льдом, потом закрайки срастаются с донным льдом. Напор воды тогда усиливается, шум стоит на всю округу. Кто знает, тот обеспокоится, – заранее уберётся от взбесившейся реки.

И соболь в это время уходит из поймы, и белка, а уж копытные, – те в первую очередь идут на возвышенности.

Река шумела, напирала, бушевала там, подо льдом, но мороз оказался сильнее. Он каждый год оказывался сильнее. И вода, преодолев ледовые барьеры, отыскав трещины и разломы, вымахнула наружу, расплылась по своему же льду, широко разлилась, потекла вспять, торопливо заливая пологий, наволочный берег.

Охотники проснулись оттого, что со свистом зашипела печка, моментально наполняя зимовьё густым, влажным паром. Вода прибывала быстро. Стало очень холодно. Печка скрылась и перестала шипеть, вода подступала к уровню нар.

Кое-как одевшись, охотники выбрались и обнаружили, что идти некуда, – кругом вода.

Забрались на зимовьё, вытащили трубу. Разрубили её вдоль и устроили на одном углу зимовья подобие кострища. Разбирали крышу, потолок, и очень экономно жгли костерок, у которого грелись остаток ночи и весь следующий день.

Только к вечеру того дня уровень воды начал резко снижаться, – видимо где-то промыло. Остатки воды быстро превращались в лёд.

Из зимовья, через порог, вода не ушла. Так и замёрзла вровень с печкой.

Охотники, нагрузив рюкзаки, утащились в другое зимовьё. Выходить из поймы тоже было не просто. Вода, хоть и ушла, но лёд, в основном, держался панцирем между деревьями, кустами. Вес человека этот панцирь не выдерживал, так как имел толщину до пяти сантиметров. Продвигаться было очень не просто. Каждым шагом приходилось обрушивать нависший лёд.

Кроме всего прочего, парни получили серьёзную психологическую травму. Ведь это даже представить сложно, как они сидели на крыше зимовья, ночью, в полной темноте, а кругом с неимоверным шумом лились потоки зимней воды. И никто не знал, до какой отметки поднимется уровень.

Так что, в пойменном лесу зимовьё лучше не ставить, особенно, если река горная.

***

Охота, – сколько манящих, мучительных желаний вызывает это слово, как оно тревожит, как сладко дурманит.

Помню, ещё ребёнком был, – хотя, по тем временам уж и не сильно ребёнком, – десять лет исполнилось, – отец на охоту брал. Боже мой, какое это было счастье! Выдавал мне одностволку, 32го калибра, с надтреснутым прикладом, перемотанным медной проволокой, и два патрона.

Ах, как было жалко, что уходили мы из деревни по темноте, – друзья не видели, вот жалость!

А на болоте, – да разве может хоть что-то сравниться в эстетическом воспитании подростка, как время, проведённое на природе, рядом с Отцом, рядом с Наставником. Кто это испытал, тот наверняка понимает, какая это ценность, какой это заряд на всю жизнь. Как бережно и заботливо относятся потом эти люди к старшему поколению. Да и не только к старшему, любовь к природе рождает всеобщее человеколюбие. Рождает трепетное отношение к себе подобным.

Отец по профессии был педагогом, – воспитателем в школе-интернате. Почти на все выходные он выводил своих воспитанников в лес, на озёра. Они там жгли костры, беседовали на самые различные темы. Иногда делали вылазки на охоту.

Сколько же писем получал отец от выпускников! Какие теплые слова они ему высказывали в тех письмах. Какими хорошими, настоящими людьми они стали.

Я, получив полновесную отцовскую прививку, сделал охоту своей профессией. Уже более сорока лет занимаюсь охотоведением и ни разу не пожалел о своём выборе.

Учился на охотоведа в Иркутске. Прекрасные преподаватели, руководители, истинные знатоки своего дела. Посчастливилось захватить то время, когда лекции по охране природы нам читал сам профессор Скалон Василий Николаевич. Именно он, с соратниками, стоял у истоков охотоведения, как науки. А мне вдвойне свезло: он был моим руководителем дипломного проекта. Легенда!

А как мы, студенты, горели этими практиками, как мы стремились попасть в самые экзотические места нашей огромной, просто необъятной, и такой разнообразной, Великой Страны. Ехали и в южные республики, и в Якутию. Очень популярны были Саяны, особенно Тофалария. Прекрасные горы, восхитительные реки, удивительное разнообразие животного мира. Хорошие, доброжелательные люди, – тофалары.

Добраться в Тофаларию, в то время, тридцать семь лет назад, можно было только с помощью малой авиации. Правда, самолёт, АН-2, ходил регулярно. Помешать могло лишь отсутствие лётной погоды.

Как же они, бедные, сейчас там живут?

Побывав в этих горах однажды, непременно захочешь окунуться туда ещё. Очень красивые, насыщенные удивительной жизненной энергетикой, места. Незабываемая рыбалка, ягоды, кедровые орехи, а какая великолепная охота.

А по ночам во всех распадках ревут изюбри, – начинается гон. И, хоть как устанешь за день, ночные трубные звуки отгоняют сон, будоражат сознание.

Были интересные экспедиции на Сахалин, где пришлось почти всей группой работать на рыбокомбинате. Хотя ехали туда с надеждой, что будем зачислены в штат рыболовецкого сейнера.

Только нескольким счастливчикам удалось попасть на остров Медный, и участвовать там, в промысле морского котика.

Очень интересной была экспедиция студентов на полуостров Таймыр. В то время там, недалеко от города Норильска, открывалось государственное промыслово-охотничье хозяйство, – госпромхоз. И вот, мы, получив статус студенческого строительного отряда, прибыли в посёлок Валёк, прибыли полные энтузиазма и неуёмной энергии. Как было здорово осознавать, что и частичка нас, вложена в устройство жизни на самом краю, на самой окраине нашей Великой и необъятной Родины.



Читать книгу Записки сахалинского таёжника (сборник) Валерия Маслова : онлайн чтение

Первый соболь

– Иду я как-то по лесу. Заорала Белка. Подхожу, смотрю: на белку орёт. Поднял «Белку», пульнул в белку. Белка упала, Белка схватила белку. Я её «Белкой». Белку в рюкзак, пошёл дальше…

Рассказал как-то раз Тимоха вот эту белиберду своему другу детства. Димыч посмотрел на него с сожалением, с состраданием: ходил по лесу, занимаясь туризмом, – был относительно нормальным человеком, стал ходить по лесу, занимаясь охотой, – что-то с головой произошло, заговариваться стал, наяву бредить белками. Наверное, выстрелы повлияли на нервную систему.

Всё нормально, всё хорошо, всё отлично! Голова на месте, и не заговаривается, не бредит белками. У него охотничья собака по кличке Белка. Ходит по тайге с ружьём, которое называется «Белка». Стреляет белок – мелких пушистых тёмно-серых грызунов с белыми животиками. Уверен, что из-за белого животика зверек получил своё прозвище.

Летом зверёк рыжий, к зиме – темно серый, только животик постоянно белый. Белая полоса от нижней челюсти до самого паха. Зверёк-белка питается растительной пищей, но не прочь мясца отведать. Кто же откажется от дармового мяса? Многие скажут: ну, точно выстрелы повлияли на нервную систему, психику нарушили. Судя по тому, что белка кушает мясо, к тому же ещё и дармовое мясо, – нарушена не только психика, мозг задет. Медицина в этом случае бессильна.

Белка кушает орешки, грибочки на зиму сушит. Материковская белка, – может быть, и сушит, даже маринует грибочки на зиму! Не стрелял на материке белок, даже не видел. Разве материк похож на сказку?! Там тоже бардак перестроечный. С материка-то всё и началось, с тех краёв на остров Сахалин пришла перестройка.

Сахалинская белка запасов на зиму не делает! – Природой не предусмотрено. Тимоха много вёрст прошёл по тайге. Ни разу не видел грибов, насаженных на сучки. Стоит ли ему верить? Ведь у него белка мясо ест. – Даже в сказках нет такого страшного!..

Кстати, о мясе дармовом. Дармовщина, то есть халява, – свята не только у людей, но и у белок! Невдомёк грызуну серому с белым животиком, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке!

За два промысловых сезона своими руками с соболиных капканов снял пару десятков белок. Попадали белки в капкан не случайно, как, допустим, рябчик или оляпка влетает в соболиный капкан на переходах. Белки грызли, кушали приманку. «А орешки не простые, все скорлупки золотые, ядра – чистый изумруд». Сказка она и есть сказка. Подошли к орешкам.

На Сахалине хребты покрыты кедровым стлаником. И не только хребты. Прорываться сквозь заросли стланика – это что-то ужасное! Лучше сделать крюк в десять километров, обойти нехорошее место. В два года раз, а то и в три года раз, стланик плодоносит. Шишки. – Много, всё усыпано. У шишки той размеры, конечно, не кедровые. В среднем, высота шишки – сантиметров шесть. Ядрышки – чуть больше пяти миллиметров, мелкие. Народ лузгает их, похлеще семечек подсолнуха. Объяснение простое: опять же, дармовщина! За подсолнечное семя платить надо. – Даже на юге острова подсолнух не дозревает. Стланиковой шишки можно бесплатно набрать мешка три. Да сколько унесёшь! Не обязательно залазить на хребты: стланиковой шишки можно набрать возле моря.

Ходил Тимоха за шишкой, часто ходил, много брал стланиковой шишки, прорывался сквозь заросли стланика (Эти пихтовые кусты всегда рядом, стоит только подняться повыше). Ни единого раза, никогда не встречал белок в стланике и поблизости этих, гиблых для туриста, зарослей белок не видел. Белка – это не соболь: человека опасается, но фактически не боится. Она не убегает от человека сломя голову.

Когда стланик плодоносит, в его зарослях масса бурундуков. Грызун смелый или наглый. Может по ногам пробежаться. Насчет покушать – из-под носа тащит! Делает запасы на зиму. Для этого бурундуку природа дала защечные мешки. Такие же, как у хомяка, у суслика. А у белки защечных мешков нет. Вывод однозначный. Бурундук не промысловый зверёк, о нём поговорим в другом рассказе.

Белка шелушит еловые, пихтовые шишки. Про кедровые шишки парниша сказать не может, – не растёт на Сахалине кедр в диком виде. Есть небольшие рощицы карельского кедра, посаженные человеком. Некоторые рощи уже плодоносят. Белке кедровая шишка не достаётся: шишку карельского кедра, ещё зелёную, смоляную, срывает человек и тащит на базар.

По первому снегу белка выходит жировать в пойму.

Жировать – это не с жиру беситься! Жировать – значит, кормиться. Охотничий сленг.

По первому снегу, поутру, в поймах можно без собаки добыть белок. Белка кушает ивовые, ольховые почки. Любит шишку еловую и пихтовую.

Про пушного зверька-белку вкратце рассказал. Конечно, лучше заместо белок соболей стрелять. Но соболя по отношению к белке мало. На одном гектаре леса может жить выводок белок. На тысячах гектарах леса может не жить ни одного соболя! Королю пушнины нужно большое жизненное пространство. Он охотник, хищник.

Промыслово-охотническая собака Белка. Не охотничья, а охотническая, – это не опечатка. Так называет свою собаку. Белая собака с рыжим левым ухом, на крупе – рыжие пятно размерами с яйцо на сковороде, на горячей сковороде. На холодной сковороде яйцо может расползтись, – пятно получится на пол собаки! За белый цвет шерсти или за белую масть (так и так правильно, но охотник должен говорить: «масть», а Тимоха не охотник, он – таежник, – как хочет, так и говорит) собака получила свою кличку, так же, как и серый грызун белка.

Во всем виноват белый цвет. Только собака Белка по деревьям не скачет, шишки не грызёт. Собака при виде бельчонка пытается залезть на дерево. Шишки грызть не пытается. Сколько собаке лет – неизвестно. В начале марта этого года собаку нашли на улице, привели к парнише. Он становился охотником-промысловиком, – обязательно должна быть собака, положено по статусу! Тем более белый, крупный зверь похож на лайку: уши торчат немного в стороны, немного большие, овчарочьи уши, хвост временами закручивается, тело длинное, морда острая, вытянутая, опять же, как у овчарки. Для лайки, для суки, – крупная собака. Шерсть с длиной остью – длинный остевой волос. Подпушек небольшой. Шуба небогатая.

Собака ищет соболей, но пока что не нашла. А вот белок находит. Летом на речке задавила норку, держала трёх енотов. В городе отправила на тот свет десяток кошек. С кошками не разговаривает: подбегает молчком. На кошачью оборонительную стойку, а также на звуковые угрозы не обращает никакого внимания. Хватает за туловище, стряхивает позвоночник и только после этого начинает говорить. Мол, иди, посмотри, какого я зверя задавила!..

Собака любит коров, – сходу садит корову на задницу. Может, будет толк с собаки?.. Когда Тимохе привели собаку, он думал что Белка немая. За полтора месяца не прозвучало ни одного «гав»! Ошибался. – Зайца гонит, что хорошая легавая, с песнями!

У него ещё одна собака есть. Вот та – точно морда собачья. Кличут собачью морду Муркой! Нормальная собачья кличка, никто не догадается, как зовут собаку. Мурка – собака молодая, полгода от роду. Белкина дочка. Кто был Муркин папа, Белка не говорит, – стыдно, наверное. Но, глядя на дочку, можно подумать, что папа у неё был дворянин!..

Дочка взяла от матери тело и рыжий цвет левого уха. Собачка почти вся рыжая, только носочки и манишка белого цвета. Короче, молодой охотник обзавёлся собаками с улицы. И хочет, мечтает, надеется, чтоб собаки работали. Хотеть не вредно, мечтать тоже, а надежда умирает последней!

Дошла очередь до третьей белки. Промыслово-охотничьё ружьё «Белка». Марку оружия не помнит. Если серьёзно, – он не знал, даже не интересовался маркой ружья. По тайге ходил и будет ходить с разным оружием, – ни разу не поинтересуется, какой завод изготовил карабин или ружьё. Уверен, что эти знания ему не пригодятся. Зачем забивать голову разной ерундой? Разумеется, если бы оружие было зарегистрировано на его имя, – помнил бы марку стволов.

«Взял «Иж-48/2б-ёк-5» и пошёл на охоту». – Такая же галиматья, как начало рассказа! «Взял двустволочку шестнадцатого калибра, пошёл в лес». – Звучит гораздо приятней, понятней. Какая разница – «Иж», «Тула», «Зауэр», «Калашников»?..

Есть так называемые охотники-теоретики. Сами они себя называют супер-охотниками, профи! Марками ружей так и сыплют, так и сыплют! Знают года выпуска множества марок охотничьего оружия. Даже знают марку стали стволов! Как правило, в тайге такие знающие люди – профаны и дилетанты. Иначе и быть не может: не хватает времени ходить в тайгу. Надо зубрить разные марки!..

Ружьё «Белка» – комбинированное, промысловое оружие. Не для любителя-утятника, верней – любителя стрелять по бутылкам да по банкам. Ружьё-двустволка, вертикалка. Верхний ствол – нарезной, калибра пять и шесть десятых, именуемый мелкашкой или малопулькой. Нижний ствол – ружейный, гладкоствольный, двадцать восьмого калибра. Сверловка ствола, цилиндр. В народе нижний ствол зовется дробомётом.

Ружьё старое, пятьдесят четвёртого года выпуска. Очень удобное оружие! Промахнулся с мелкашки, зверёк уходит, – взводишь тот же курок (он один на два ствола), переставляешь собачку в нижние положение (она сразу под курком), – на эти действия уходят доли секунды, – шарахнул с нижнего ствола, с ружейного, и – никто больше никуда не бежит…

Был выбор, с чем ходить по тайге: ружьё шестнадцатого калибра, горизонтальная двустволка, или ружьё двадцатого калибра, одностволка, трёхзарядка или «Белка». Выбрал «Белку», – любой другой из трёх вышеперечисленных ружей выбрал бы последнее ружьё.

Тринадцатого ноября девяностого года в тайге снега нет. По ночам слабый морозец. Так что речки пока не думают шугавать. Парниша находится в зимовье, которое стоит в верховьях ключа под названием Соха, притока реки Сейм. Местные, народ с посёлка шахтёров Быков, речку Сейм зовут по-старинке, по-японски – Сунсури. Красивое название! Сунсури – правый приток реки Найбы. Вон куда Тимоха забрался!..

Можно сказать по-другому. Находится в восточных отрогах южной части Камышового хребта, в бассейне реки Найба. – Попробуй, найди! На маленькой Сохе можно плутать и плутать – на избу не выйдешь. На большой Найбе можно год плутать – ключа Соха так и не найдешь. На устьях рек указатели отсутствуют. Про карту не стоит и говорить, – в СССР на картах даже не обозначаются жилые посёлки!..

В первых числах ноября, со второго числа, дружно вздрогнули: впятером за пять дней срубили зимовье из свежего леса. Так что изба функционирует всего шесть дней! Ничего страшного, просохнет. Спать в избушке нужно осторожно, к стенкам не прислоняться. А то прилипнешь – спросонья может всякое почудиться. Есть ещё одно неудобство: с потолка может капнуть на голову смола. Что периодически и происходит.

Это не смертельно, охотники-промысловики не унывают, не теряются. Ножницами клок волос выстриг – и всё нормально. Глядя на причёски двух промысловиков, можно подумать, что они переболели стригущим лишаём в тяжелой форме. А если еще не переболели? Лишай – недуг заразный, скажем, переходящий недуг.

Так что не рекомендуется снимать головной убор на людях. В шапке спокойней и тебе, и людям. Главное – в шапке безопасней. Нельзя народ нервировать. Люди озлоблены, – перестройка, однако, затянулась. На властьимущих народ свою злобу не выместит – боится. Двум лишайным может достаться за всё и за всех! У ребят нет желания оказаться подрывным клапаном на народном паровом котле с логотипом «СДЕЛАНО В СССР»!

В новой смоляной избушке два промысловика живут и работают. Второй, кто с Тимохой, на самом деле – первый, и не он с Тимохой, а Тимоха с ним: хозяин промыслового участка, охотовед. А участок огромный.

В шести километрах от посёлка Быков вверх по Найбе на левом берегу стоит тырловка, владения совхоза Долинский. Тырловка стоит возле ключа, бегущего с хребта Шренка. С этого крупного ручья начинаются охотничьи угодья штатного заготовителя, промысловика, охотоведа Василия Ивановича. Коротко – Васька, за глаза – Чапаева или Чапая. Охотоведу не нравится, когда его называют легендарным героем Гражданской войны. Если быть точным, ему не нравится, когда его называют главным персонажем многих анекдотов!

Выше тырловки по Найбе с обоих берегов – поля. По левому берегу идёт старая дорога и большие поля. По правому берегу полей меньше, преобладает пойменный лес. Левобережные поля разделены полукилометровым невысоким пережимом. Большое длинное поле за пережимом называют Сеймовским. Поле заканчивается, на правом берегу – устье Сейма. От тырловки до устья Сейма около полутора часов ходу в груженом варианте. С Сунсури пошли основные угодья. Охотники промышляют в отрогах Камышового хребта.

От устья Сунсури вверх по Найбе, по правому берегу, следующим будит ключ Уртай. На устье ключа, чуть ли не на самой Найбе, стоит старое, древние зимовье. В нём летом живет шпана. Изба наполовину сгнила, но функционирует. Дальше по Найбе – устье речушки с красивым названием Роза. Название красивое, но пройдёшь раз по Розе – больше не захочешь: вся река завалена мелким валежником.

За Розой – ручей Медвежий. Сам ручей маленький, ничем не примечателен. В километре от устья ручья стоит будка. Называют будку Медвежкой. Ночевать в будке можно, но не нужно. И наконец, устье реки Десна. Речка приличная, на ней стоит базовое зимовье. От устья до избы три часа ходу. С посёлка Быкова до базового зимовья на речки Десна при хорошей загрузке рюкзака идёшь около десяти часов.

Вот такие огромные угодья. Можно объяснить иначе, границами, – получится масштабней. Начнём с северных границ. На Камышовом хребте водораздел между реками Десна и Куйбышевка. На хребте Шренка границей служит южный водораздел речки Змейка. Дальше на юг по хребту Шренка одни мелкие ручьи, крутые склоны, ельника мало. Почему ребята и не промышляют на левом берегу Найбы. Восточная и западная граница по хребтам Камышовый и Шренка.

Дошли до южных границ. На хребте Шренка – ключ, возле которого стоит тырловка. На Камышовом хребте – южная граница, хребет Скалистый. Водораздел между реками Сунсури и Красноярка, по-местному, Загорка. Это самый крупный приток Найбы, текущий с Камышового хребта. Вообще-то самый крупный приток Найбы – река Большой Такой. Но данному притоку достаются воды Сусунайского хребта. Главным, основным местом промысла пушного зверя является река Десна.

Хозяин охотничьих угодий охотовед Васёк – Тимохин учитель по добыче и первичной обработки мягкой рухляди. Правда, учитель сам не так давно начал заниматься непосредственно добычей пушного зверя, – ловит соболя всего третий сезон. В связи с работой охотоведа, в тайге на своём участке бывает наскоками. Это только в книгах охотовед не вылезает из тайги, а в жизни охотовед не вылезает из-за письменного стола. На данный промыслово-охотничий сезон Васёк взял отпуск.

После Нового года – на работу, охотовед преступит к своим служебным обязанностям, то есть сядет за письменный стол. До того, как устроиться в госпромхоз, он десять лет работал в САХНИИ – в Сахалинском научно-исследовательском институте. Мотался по всему острову (и не только по Сахалину) в экспедиции, связанные с биологией, в качестве младшего научного сотрудника. Сказать точней и проще – в качестве охотника. Брал соболей, оленей, медведей, птицу разную. – Брал то, что было нужно для научной работы.

Так что практика у него неплохая, но далеко не отличная, про теорию лучше не говорить. Работал-то с кем? – Биологи, доктора, профессора. Васёк про обыкновенную мышку-полёвку может загнуть на два часа, если его не остановить. К тому же, в перерывах между экспедициями заочно отучился в Иркутском сельскохозяйственном институте. Иначе бы не был охотоведом. Васёк старше парниши на шесть лет.

Пошёл второй год, верней, второй сезон, как Тимоха становится охотником-промысловиком, соболятником. Всё становится – никак стать не может. Сдвигов, можно сказать, ноль. В чём проблема? – Ученик потому что тупой, берёза каменная! В душе он не охотник и не рыбак: нет азарта что на рыбалку, что на охоту. В душе он – таёжник! Нравится жить в лесу, ходить по лесу, но с какой-нибудь целью. Чтобы жить в тайге, нужно чем-то заниматься, связанным с тайгой. Например, добывать зверя или ловить рыбу, хотя бы для себя, на пропитание.

В его послужном охотничьем деле, естественно, он числится учеником, первый разряд. Пяток рябчиков, пяток белок – больше ничего не добыл. Ходить по тайге его учить не надо, – сам кого хочешь научит. Бражку пить, – тоже сами с усами: пьёт, ещё как пьёт и бражку, и водку!..

В лесу охотники пьют бражку: водка – дорогое удовольствие. Хоть стоит сорокаградусная и немного, – брать нужно с боем, потратить полдня. Антиалкогольный закон давно пошёл по швам, канул в лету. Что натворили правители? Всё опыты проводят, нашли подопытных мышей. Что сделаешь, если в Союзе человек – это звучит гордо только на плакатах. На самом деле человек – вообще не звучит, расходный материал, человеческая масса. По-новомодному – электорат!

У охотоведа охотничья собака – супер-пупер! Он же охотовед! – Не будет, как его ученик, подбирать собак с улицы. Васька – псина с родословной. Всё, как говорят, путём: у собаки есть документ. С самой Москвы привёз щенка! Кобель породы курцхаар, – сходу не выговоришь. Кинологи, а также знающие люди, насторожились. С курцхаара сделать лайку? Может, охотовед втихую занимается шаманством, камлает над своим псом? Пока никаких сдвигов, не повезло Ваську что с помощником, что с собакой: не хочет курцхаар становиться лайкой! У пса голубая кровь, а лайка всего на одну ступеньку поднялась от волка, собака дикая! Курцхаар – немецкая гончая, легавая. Зайчатник и на водоплавающую дичь, охотник-универсал – по всему работает. С таким универсалом в тайге нужно держать ушки на макушке, иначе голодным останешься. Потому что пес работает по всему: по кастрюлям, по рюкзакам!..

Без содрогания Тимоха не может вспоминать курцхаара по кличке Дик. Сколько псина попила крови! И не только его крови – многим досталось, а ему больше всех. Собака Дик может много жрать, очень много и хорошо, мастерски воровать. Больше курцхаар ничего делать не может и не хочет.

Последний воровской налёт Дика произошел неделю назад. Охотники-промысловики достраивали избу на Сохе, с ними четыре собаки: Белка с Муркой Тимохины, Беся – Николая собака. Вот Беся – почти лайка, симпатичная псина волчьей масти. Дик в своре четвертый, единственный кобель, единственный проглот.

Ребята работают в поте лица. Кто землю на крышу бросает, кто дровишки подтягивает. Короче, каждый занят делом, работа кипит. Парниша работает бензопилой «Дружба», делает доски и плахи на нары, на стол, на дверь – разводит брёвна вдоль, в этом деле он за лето стал мастером. Ровно год назад первый раз в жизни взял в руки бензопилу.

Собака Дик охраняет рюкзаки. Других собак к мешкам не подпускает. Молодец Дик, так держать! Сели ужинать – хлеба нет! Но ведь в обед был. Был и сплыл, ушел хлебушек. Три булки, скотина, сожрал! Лайки рядом крутятся, – курцхаара не видно. Обычно, когда охотники садятся кушать, Дик тут как тут: смотрит жалобно своими поросячьими глазками в три карата, слюну пускает, – дайте, мол, хоть что-нибудь! А лучше – всё отдайте.

Спряталась собака в крапинку, нерпа сухопутная, – его работа. У пса чувство совести есть? – Нет! У пса есть чувство страха. Знает, что бит будет. Дик поступил чисто по-человечески: что охраняешь, то и имеешь. С ложной охраной рюкзаков курцхаар ловит охотников второй раз.

Первый случай произошел две недели назад. Васёк с Тимохой переносили продукты, вещи, капканы и прочий охотничий скарб, – грузились на Найбе и до базового зимовья. В рюкзаке у Тимохи, помимо основного загруза, – шесть булок хлеба. Четыре булки в карманах рюкзака: в один карман стоймя входят две булки хлеба. – Хозяйский рюкзачок! На каждом перекуре Дик охранял рюкзак молодого неопытного охотника.

Хозяина мешок пёс не замечал, как и самого хозяина. Зачем Дику мешок хозяина? – Там одни капканы, железяки несъедобные. Пес успел схарчить полторы булки хлеба, пока Васёк не застукал его с поличным. Всыпал проглоту по первое число! Думали, понял пёс, что воровать с рюкзаков наказуемо. – Горбатого могила исправит! Дик – собака умная, соображает отлично! Весь свой ум и соображение пёс пускает на поиски продуктов. В тайге продуктов питания не найдешь, выход единственный: воровать у хозяина…

Собакам каждый день варят ведро овса. Дика пайка в два раза больше, потому что крупная собака, – псу одному ведра мало будет: ему только на согрев нужно ведро овса, – пёс короткошерстный. Жрал бы вволю, – может, не воровал бы, и по зверю бы работал. У Дика вошло в привычку… вот только, интересно, что – воровать или жрать? По наблюдениям парниши, у пса две привычки: воровать и жрать!..

Летом на папоротнике давал Дику почти полное ведро варёной краснопёрки. Курцхаар сожрал всё и посуду за собой вымыл. Через полчаса стоял возле костра, пускал слюни, смотрел на людей, как они кушают жареную симу. Тимоха бросил Дику кусок жареной рыбы, – тот на лету «чмок», не жуя! Как будто собаку неделю не кормили.

Сколько же ему надо вволю нажраться? Может, Дик любит жареную симу, а ведро краснопёрки схарчил ради приличия? Соблюдает правила хорошего тона? – Пёс-то с родословной! Но Дик никуда не денется! – Без этого пса у парниши нет охотничьих рассказов.

А пока расскажет про строительство избы из свежего, сырого леса…

Изба поставлена в таком месте, что тоску нагоняет. Глухой распадок, небольшой ручеёк. Кругом ельник, – на то он и глухой распадок. Изба была нужна именно в этом районе, на Сохе. Теперь можно будет обрабатывать речку Сунсури. До Быкова добираться в два раза быстрей, чем с Десны, с базового зимовья.

Наступил ноябрь. Нужно начинать охотиться, промышлять зверя пушного. Васёк сидит на Десне, не шевелится. Тимоха с ним за компанию сидит на базовом зимовье и тоже не шевелится. – Вдвоем сидят и не шевелятся. Точней будет: сидят на зимовье, оно пока что у охотников одно. Будку на Медвежке в счёт не берут, а зимовье, которое гнилое на ключе Уртай, и вспоминать не стоит.

Товарищи охотники только закончили десятидневное турне по Десне до устья и километра три вверх по Найбе. Нет, нет, – десять дней они это расстояние не шли. Даже если бы ползли по-пластунски, – за неделю бы управились. Каждый день бегали на Найбу. Обратно шли груженые: затаскивали на Десну продукты, капканы, прочий скарб, – всё, что нужно в тайге зимой. Много чего нужно в тайге зимой! Всё в тайге зимой нужно, и чем больше этого всего, тем чувствуешь себя комфортней, уверенней.

С хребта Шренка по речки Змейки пробили дорогу до Найбы. Лесорубы прут в эти края. В середине октября по свежебитой дороге сделали завоз на «ГАЗ-66». Таскали поклажу десять дней, потому что много чего завезли.

Сидят два охотника на Десне, ждут помощников. Решили ставить еще одну избу. – Надо обязательно ставить! Помощники должны были подойти два дня тому назад. Начался промысловый сезон, охотовед решил избу ставить. Как на охоту, так собак кормить, – это про него. Хлеб кончается. Если бы не чёртов суповой набор, хлеба бы еще хватило на пару дней. Суповой набор, – разумеется, Дик. – Парниша его так ласково называет. Пес выглядит на пять с плюсом.

За две недели с упитанной собаки получился скелет, обтянутый кожей. Шерсти всего сантиметр, мослы торчат в разные стороны. Становится страшно, когда пёс рядом проходит: если тебя зацепит, – можно сильно порезаться о торчавшие кости!

Чья бы корова мычала, а парнише следовало бы помолчать. К самокритике относится весело. Он сам – как суповой набор: ходит, костями гремит. Потому медведь до сих пор его не съел, что грохот костей слышит и уходит. Косолапый – это не собака, кости грызть не любит. Дик громче костями гремит…

Пошел Тимоха в Быков за хлебом. Почему именно он? Васёк сказал, что сухарями перебьется. Можно, конечно, сухарями перебиться, блинов гору напечь. Парнише обязательно нужен хлеб, – так любит кушать хлеб! Ерунда все это. Без хлеба протянет гораздо дольше Васька, – тянул не единожды.

Сидеть неохота, уединение – хорошо, но иногда нужно выходить в цивилизацию. Фактически всё лето и два месяца осени в лесу проторчал. Побежал за хлебом ради смены обстановки, хлеб – сбоку припёка. Нужна была причина прогуляться на дальнее расстояние. Вдруг соболь попадется?..

Наконец, разобрались, зачем в Быков понесло. Посмотреть со стороны на его ход, – так не ходят: не пошел, а побежал! С собой взял одну собаку Белку, винтовку «Белку». В рюкзаке – топор, чайные дела, офицерский литровый котелок, фонарик, лёгкий свитер, новенький пуховой спальник, – мешок, как говорят, «с нуля». Вышел с зимовья под вечер с таким расчётом, чтобы до темноты добежать до тырловки. Коров увезли на зимние квартиры, – тырловка пустует, так что можно переночевать, поутру сбегать в Быков до магазина, загрузится и к ночи прийти на Десну. С весом быстро не поскачешь, плюс постоянный тягун. Обратно идти в верховья Камышового хребта.

Чётко рассчитал время: в сумерках прибежал на тырловку. Нет, это не рассчитал чётко, это бежал чётко. Васёк сказал, что поздновато собрался. Парниша сам понял, что поздновато, – вот и наворачивал. Что налегке не бежать, тем более вниз?

Выбрал будку почище, с нарами. На улице развёл костерок, сбегал на ручей за водой. Пока дождался чай, – ночь наступила, прибежал на тырловку в преддверии ночи. На дворе поздняя осень, темнеет рано и быстро. Вода в котелке быстро закипела. Литр воды кипятить на костре – как на газовой плитке: раз и готово. Попил чая. Надо делать баиньки. Конечно, рано спать ложится, а больше делать нечего.

Раздеваться или нет? Спальник новенький, пачкать не хочется. Он, конечно, не из шахты вылез, но всё равно одежда грязная. Спальный мешок внутри беленький, чистенький. Снаружи спальник из тёмно-синей болоньи.

Разделся до трусов, юркнул в холодный спальный мешок. – Холодно, однако! Застегнул молнию, один нос наружу смотрит. Через пять минут согрелся, молнию немного расстегнул. Посмотрим, что за штука такая – пуховой спальник, да ещё с капюшоном. Не приходилось спать в пуховых мешках, но слышал, что хорошая, тёплая вещь. Одно слово «пуховой» греть должно! Если быть предельно точным, в спальнике нет ни грамма пуха, – там мелкое куриное перо.

Прибежала собака, улеглась под нарами. Будку выбрал с нарами, но без двери. Есть будки с дверьми, нары поломаны или вообще нет нечего, а вместо нар кровати стояли. Здесь восемь будок, печки отсутствуют. Найба – это не речка Долинка, в верха ходит много народу…

Нельзя ставить кирпичные печки! – Народ отзывчивый, добрый, душевный, шахтёры – те более душевны, потому что у них заработки большие! По своей душевной простоте разнесут кирпичные печки в пух и прах! Гораздо выгодней ставить буржуйки: весной поставил, осенью забрал.

Штуковина, которая называется пуховой спальник, – отличная вещь! Спал, как в зимовье с работающей на малых оборотах печкой. Вылезать из спальника плохо, больно холодно. Минус, что ли, ночью был?

Быстро вылез, моментально оделся. Завёл костерок, повесил водичку под чаёк. Точно минус: на лужах тонкий ледок. Попил чаю с сухарями, заморил червячка. В Быкове надо будет что-нибудь взять «на перекусить». Засунул спальник во вкладыш, спрятал на ручье. Там же ружье спрятал и все остальное. Зачем двенадцать километров таскать? – Лишний груз.

Побежал в Быков. Больно рано побежал, – хлеба может не быть, придется ждать. Холодный встречный ветер, стрижка короткая, – голова мерзнет. Забыл взять шапку, – вчера тепло было. Сейчас выморозятся все поседение извилины или выдует их. Пока есть чем думать, нужно что-то придумать.

Безвыходных ситуаций не бывает, – мозги плохие бывают! Снял с себя тонкий свитерок, что взял на всякий случай, – не знал, как себя поведёт пуховой спальник. Спальник повёл себя отлично! – В трусах спал. А свитер понадобился на подъёме. Отрезал у свитера рукав. На узком конце рукава завязал узел, натянул этот предмет на голову. А из свитера теперь можно сделать безрукавку. Телу стало прохладно, это дело поправит быстрым ходом. Главное – голове тепло стало! На расстоянии новая часть гардероба смотрится как спортивная: тёмно-жёлтая шапочка с бубенчиком. Вблизи на него лучше не смотреть, отвернутся или глаза закрыть. Иначе придется слушать по телевизору Кашпировского! Литрами глотать воду, заряженную Чумаком!..

Всё не может вспомнить, – умывался он вчера или нет? Не сегодня, а вчера! Возле пионерского лагеря Горняк надо ополоснуть в ручье физиономию. Не соблюдает гигиену, забывает в лесу умываться! Это в привычку входит. Какой там, входит? – Давно уже вошло в привычку. Поросёнок!

Отошел от тырловки метров на триста. Вышел на длинную прямую протяжностью километра в два с половиной. Впереди на дороге появились три человека, идут на встречу. С ними две собаки. Парниша насторожился, но не сбросил скорость сближения с неизвестной троицей. Кто такие? Путные охотники давно в тайге соболей ловят.

Белка рванула вперёд, две собаки бросились на встречу. Вдруг грызться начнут? Белка – собака боевая, численное превосходство на стороне врага. А если два пса тоже боевые? Можно собаки лишиться. И ничего не может сделать! «Ружьё спрятал, чёрт бы меня побрал!», – и дальше смачно, длинно выругался в свой адрес.

На середине дороги собаки встретились. Драки нет, значить свои. Тройка псин полетела на встречу с Тимохой. Узнал собак – Беся и Байкал, собаки с одного помета. Как бы они охотника с ног не сбили в порыве радости встречи. Подбежали, прыгают на грудь, ластятся. Белка с ними заодно, – как будто и с ней не виделся четыре месяца. Ревнует Белка, собаки очень ревнивые зверюги, не могут скрывать свою ревность.

Бросил на обочину дороги рюкзак, сел, закурил. Помощники идут. Экскурсия в Быков отменяется, – хлеба у них полно. Гоша много хлеба в тайгу берет, Николай тоже. Если быть официально точным, – помощников идет двое, третий помощник – Тимоха. Один в приближающейся тройке – охотник-внештатник, договорник. Николай промышляет по договору в паре с Васьком, они старинные товарищи.

Штатный охотник постоянно работает в заготовительной организации. Внештатник трудится в любой другой организации. Берёт договор у госпромхоза, на своем предприятии – отпуск. Обычно берут отпуск на время чернотропа. Николаю отпуск не нужен: он трудится вахтовым методом. Рядом с ним идет его товарищ по работе Гоша, тот самый Тимохин товарищ и напарник по туризму, бывший напарник, также и товарищ бывший.

Дмитрий ЖитенёвПро тайгу и про охоту. Воспоминания, рекомендации, извлечения

© Дмитрий Житенёв, 2019

ISBN 978-5-4474-8583-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие
(о пользе чтения справочников)

Есть книги, которые сопровождают тебя всю жизнь, которые словно надёжные помощники дают советы, помогающие принять тебе правильное решение. Я имею в виду не художественную литературу, не мысли любимого писателя, а обыкновенные справочники. Иногда ведь это единственный наставник, хотя справочник от справочника порой разительно отличается

Такой книгой с самого начала моего знакомства с лесом и охотой стал двухтомный «Справочник путешественника и краеведа», изданный в 1949 и 1950 годах тиражом всего в 25 тысяч экземпляров. Как я благодарен своему отцу, который словно провидел мою будущую специальность и подарил мне, четырнадцатилетнему мальчишке, эту поистине бесценную для меня и сегодня книгу.

Коллектив авторов был очень большой и состоял из знаменитых учёных. Основным автором и редактором этого уникального издания был Сергей Владимирович Обручев, известнейший геолог, в то время членкор АН СССР, лауреат Сталинской премии, да и к тому же – писатель. Отец его – Владимир Афанасьевич Обручев, геолог и географ, академик, исследователь Сибири и Центральной Азии.

«Справочник путешественника и краеведа» уникальное в своем роде издание. Для тех, кто собирается себя посвятить или уже посвятил полевым исследованиям, изучению природы необъятной России, эта книга – источник сведений, которые нужны будут ежедневно. В первом томе – всё о практике экспедиционной работы. Здесь советы и рекомендации, где и как ставить палатку, как работать с вьючным конём, сколько и чего взять с собой в экспедицию, ориентирование по карте и местным признакам, заготовка продовольствия в тайге, приготовление пищи, охота и рыбная ловля – всего перечислить просто невозможно, поскольку авторами учтена каждая мелочь.

Во втором томе даны методики полевых исследований, которые могут понадобиться учёному-краеведу. Здесь этнография и фенология, геология и ботаника, изучение вулканов и геологическая съёмка, составление геологических, зоологических и ботанических коллекций – 36 глав!

Меня, естественно, всегда больше интересовал первый том этого справочника – практика полевой жизни, обучение выживанию.

И вот что интересно. Во время послевоенной разрухи, в годы новой вспышки сталинских репрессий вдруг выходит книга, которую бы я назвал библией свободного человека. Мне всегда казалось, что окажись один на один с природой, имея за пазухой только эту книгу, я всегда смог бы выжить. Конечно, обо всём там сказать было просто невозможно. Собственный мой опыт в этом меня убедил, и по прошествии более чем полувека охотничьей и по-настоящему таёжной жизни я получил кое-какие навыки и знания, о которых хочу рассказать в своих очерках. Речь пойдёт об уменьях, которыми обладали наши деды и прадеды, живя среди почти первобытной ещё природы и не столько борясь с ней, сколько понимая её, приспосабливаясь в силу своих возможностей, находясь в полном с ней согласии.

Вообще говоря, выживание есть не только борьба с природой, со стихиями. Ведь каждый в это понятие вкладывает свой смысл. Любой человек, какой бы ни была благополучной его жизнь, сталкивался с проблемами выживания: либо в борьбе «за место под солнцем» в своей конторе, от какого-нибудь стройтреста до министерства, либо в больнице, борясь вместе с врачами за свою жизнь, либо замерзая в круговерти степного бурана.

Весь смысл обитания в экстремальных условиях не только в том, чтобы уметь выходить из гиблых, казалось бы, ситуаций. Надо уметь не попадать в них, предвидеть их и сделать как-то так, чтобы избежать такого стечения обстоятельств, в которых, бывает, не помогут и навыки, и умение бывалого путешественника. Всегда надо помнить хорошую пословицу – не зная броду, не суйся в воду.

Преодолевая трудности, стараясь выжить, человек сопротивляется не только натиску стихии. В первую очередь он борется с самим собой, со своими страхами и слабостью, желанием уступить обстоятельствам, сдаться. Даже если о твоей минутной слабости никто и никогда не узнает, сам ты об этом будешь помнить всегда. Именно поэтому так нужна нам бывает поддержка опытного человека, который знает, как выйти из создавшегося тупика. Пусть даже это будет слово книжное.

Многое, о чем я рассказываю в своих очерках, я испытал на себе, а в помощь мне были советы из «Справочника путешественника и краеведа» и других книг, список которых в конце. Все заимствования, все цитаты выделены мной курсивом.

Конечно, только по книжкам освоить охотничьи уменья трудновато. Хорошо, если рядом с тобой настоящие таёжники, охотничьи умельцы. В моей алтайской жизни были те, кто учил меня разным лесным премудростям. Это мой ровесник Юрий Бедарев и алтаец-тубалар Андрей Туймешев. Они уже ушли из жизни, но в моей памяти они будут живы всегда.

И если в жизненных конфликтах нужна помощь психотерапевта, то в борьбе со стихиями нужен совет того, кто уже не раз преодолевал такие препятствия и может научить тебя тому же. В этом отношении «Справочник путешественника и краеведа» стоит, мне кажется, на первом месте. Хоть нынче в книжных магазинах множество пособий по выживанию, но и сегодня нет такого всеобъемлющего издания на эту тему. Правда, многие сведения в нём устарели – как-никак полвека прошло, даже больше.

Однако костёр надо ладить из тех же промёрзших поленьев, и снег всё так же липнет к лыжам, и всё так же опасна переправа на горной реке, и Полярная звезда так же указывает на север, как и тысячи лет тому назад.

Моя книга – тоже справочник, но справочник несколько особенный. Помимо действительно чисто справочных сведений, советов, цитат я включил в книгу и свои воспоминания о разных случаях, которые происходили со мной в лесу, в горах, на охоте. Её основой стал текст моей же книги «Секреты бывалых охотников», которую издало издательство охотничьей литературы «Эра» в 2005 году. Её тираж уже, видимо, разошёлся, поэтому я решил немного переработать текст, убрать ставшие ненужными некоторые главы и добавить новые материалы. Книга иллюстрирована моими рисунками и фотографиями. В иных случаях я это оговариваю.

Следует помнить, что в настоящее время издано много новых законодательных актов, регламентирующих посещение гражданином леса, болота и вообще природы. В частности, надо повнимательнее ознакомиться с Лесным кодексом Российской Федерации.


Живое тепло

Ночь. Морозная северная ночь. Небо усыпано мириадами ярких неподвижных звёзд. Таких звёзд в городах мы никогда не видим. Здесь, в таёжной глуши, вдали от городского смога и уличных фонарей звёзды являются нам во всей своей неисчислимости. Кажется, что местами и промежутков-то между ними нет. Млечный Путь перекинулся через всё небо гигантской аркой и светит на тайгу, заваленную снегом. Его призрачное сияние отражает снежная пелена. Этого света достаточно, чтобы привыкшие к ночи глаза различали и детали леса, и вершины деревьев на фоне неба, и лыжню, которая ведёт меня к недалёкой уже избушке.

Мерно шуршат лыжи, чуть слышно позвякивает что-то в рюкзаке. На бороде, усах и шапке-ушанке намёрз иней. Мороз – под тридцать, воздух будто загустел, а лыжи почти не катятся. Снег на лыжне, словно песок, и сильно не разбежишься – нéкать. Однако я знаю, что впереди меня ждёт маленькая избушка – четыре бревенчатых стены, крыша да небольшая жестяная печка. Я знаю, что там есть дрова, что скоро в ней запылает огонь, а в избушке через четверть часа будет жарища. Только из тёмных углов, низкой двери и крохотного, в морозных узорах, оконца будет потягивать холодом. И в стынущей ночной тайге, где искрятся снеговые поляны и щёлкают, лопаясь от мороза, деревья, мой временный дом, моя избушка будет маленьким островком жизни и тепла…

А если избушки нет? Если придётся ночевать зимой в мороз под открытым небом? И тут спасение – хорошо подготовленный ночлежный костёр. С ним не страшно ночевать почти в любых условиях, потому что живой огонь, живое его тепло не дадут человеку замёрзнуть.

Многие городские охотники, наверное, уже позабыли, что значит и значил всегда костёр для человека.

Для меня же охота без костра, без его первобытного тепла и дыма – не охота. Быть может, потому, что долгое время прожил я среди тайги, и не было у меня, пожалуй, ни одной охоты, чтобы не запалил я хотя бы небольшую теплинку и не подвесил над ней плоский закопчённый солдатский котелок, который остался от отца ещё с военных времен.

Где только ни приходилось разводить костры, греться и сушиться возле них, варить чай, уху, а при удаче – и кусок глухаря или лосятины. А потом просто сидеть около гаснущего вздрагивающего огонька, смотреть, как осыпаются угли и как невесомо уносятся пепелинки в ночное небо к холодным звёздам.

Но всё это, как говорится, лирика. Бывает в тайге и так, когда единственная спичка и огонь костра – это спасение. И не так уж важно, какой тип костра будет сооружён (сколько их описано в разных руководствах!), какая в них будет гореть древесина – нужны бывают просто огонь и тепло.

Как бы ни исхитрялись современные северные путешественники, ночуя в особых утеплённых палатках, залезая в спальные мешки из гагачьего пуха или из суперсовременных утепляющих материалов, тепло они могут получить только от самих себя, от своего организма, от того количества калорий, которое из пищи усвоил организм взамен потраченных на трудном переходе. Недаром для покорителей Северного полюса или Антарктиды составляются специальные сверхкалорийные рационы.

 

Конечно, можно обогреться и около какого-нибудь портативного инфракрасного излучателя. Однако даже самый экономичный всё равно будет «съедать» кислород в палатке, а недостаток кислорода для уставшего организма чреват серьёзными последствиями, тем более в условиях высоких широт, мороза и ветра.

По правде говоря, я даже сегодня не вижу альтернативы костру, тому живому огню, который обогревал в лютые зимы ещё нашего далёкого предка.

Во-первых, человек при этом не расходует свою энергию на согревание тела, а только получает её. Это самое главное.

Во-вторых, попробуйте зимой, на морозе высушить отпотевшее бельё даже в самой совершенной палатке – ничего не выйдет. Сушить его придётся на своём теле, расходуя собственное тепло. У костра, даже в самый сильный мороз, вы это сделаете за 10—15 минут и будете спать в сухой одежде, вдыхая свежий морозный зимний воздух.

Конечно, всё вышесказанное относится только к лесной зоне, где и можно раздобыть дрова для костра. Альпинистам или тем, кто работает в безлесных районах, во льдах или тундре, так или иначе приходится пользоваться последними изобретениями человечества.

Как же быстро и экономно соорудить костёр?

Однако следует всё же предупредить читателя, что правила разведения костров в лесу строги, а статью 8.32 КоАП РФ «Нарушение правил пожарной безопасности в лесах» никто не отменял. Правда, разведение костра в зимнее время, когда он особенно требуется, не нарушает вроде бы правил противопожарной безопасности. Именно о таких кострах я и пишу.

Спички, растопка, дрова

Начну с того, что каждый уважающий себя охотник, независимо от того, курит он или не курит, должен иметь в кармане спички, надёжно упакованные и запаянные в полиэтилен. Хорошо иметь немного спичек вместе с тёркой, упакованных в пластмассовый стаканчик из-под валидола (позаимствуйте у того, кто страдает сердцем). Крышечку, чтобы случаем не отскочила, полезно укрепить кусочком лейкопластыря. Вообще неплохо иметь специальные «охотничьи» спички. Они горят долго, словно «бенгальский огонь», и помогут охотнику без особых усилий разжечь костёр и в дождь, и в мороз, и даже при очень сильном ветре.

Это самое главное – спички. Разводить костёр при помощи ружейного выстрела (это при современном, бездымном-то порохе!), увеличительного стекла или трения двух кусков дерева можно рекомендовать разве что в виде эксперимента. Кстати говоря, я как-то попробовал это сделать по способу североамериканских индейцев, описанного у Э. Сетона-Томпсона и перенесённого С. А. Бутурлиным (надеюсь, что это имя читателям известно) в его «Настольную книгу охотника» (Москва, Всекохотсоюз, 1930). После определённого времени и большого количества попыток мне удалось всё-таки добыть огонь. Поэтому я всё-таки решил процитировать С. А. Бутурлина. Однако, в полевых, таёжных условиях заниматься этим я не рекомендую.

«Наконец, есть очень древний и до сих пор далеко не везде вымерший способ добывать огонь трением дерева о дерево. Если знать приёмы, то это вовсе не такая сложная и трудная вещь. Как это делается – понятно из прилагаемого рисунка и следующего объяснения. Нужно иметь лучок из какой-нибудь несколько погнутой палки около 60—70 см длиной и 1,5—2 см толщиной, с довольно свободно висящей тетивой из прочного сыромятного ремня, или прочной бечёвки (бечёвка довольно быстро мочалится при этой работе).

Затем из совершенно сухого соснового, кедрового или елового дерева (годятся, говорят, и многие лиственные породы) надо сделать палочку и дощечку. Палочка около 30—40 см длиной и около 1,5—2 см толщиной. Она должна быть грубо закруглённая или многогранная, но не гладко круглая: в последнем случае тетива лучка может скользить по ней. Палочка на обоих концах заостряется, как карандаш – на одном конце и значительно более тупо – на другом. Дощечка должна иметь примерно около 15—20 см в длину и 5 см в ширину, толщиною же быть 1,5—2 см. В одной из двух длинных сторон этой доски, в краю ближе к одному из концов делают зарубку или вырез. Как видно на рисунке, вырез идёт во всю толщину доски, ширина его в основании, то-есть вдоль края доски, около 6—6,5 миллиметров; вглубь доски вырез этот проникает около 1,2—1,3 см; края этого выреза должны быть не совсем ровные, отвесные, а так, чтобы вырез был несколько пошире на нижней стороне доски, чем на верхней. На верхней поверхности доски у самой вершинки зарубки концом ножа делается маленькое углубление. Углубление это по мере употребления доски разрабатывается, и когда оно проверчено уже насквозь, то приходится делать, немного отступя, новые зарубки и углубления (на рисунке под №1 – лучок, под №2 – другой, сложнее устроенный лучок, с просверленными отверстиями для тетивы, которая с одной стороны пропущена через деревянный кружок; при работе, опираясь рукой на кружок, можно сильнее натягивать тетиву; №6 – палочка и №7 – доска; №№3, 4 и 5 – разного типа опорные головки; под №5 – резной работы (эскимосская). Необходима ещё опорная головка для верхнего конца палочки.

Самая простая опора (фигура №3) делается из соснового или иного твёрдого сучка 10—12 см длиной, в котором концом ножа высверлено углубление около 0,6—0,7 см глубиной. Гораздо лучше работать, если опорная головка подобрана из подходящей величины и формы гладкого, твёрдого камня с углублением в нём около 1 см глубиной и 1 см шириной, также гладкого и округлого. Наконец, небольшой камень с таким подходящим углублением можно вставить в дерево (№4).


Следует приготовить также немного растопки: маленький комочек тонкого, мягкого, совершенно сухого сена или вполне завядшей и высохшей травы, смешанных с мелко нарезанной берёстой или даже мелко нащепленным и наскобленным, почти как вата, сосновым или еловым деревом. Надо ещё какую-нибудь щепку или небольшую дощечку (например, как №9 на рисунке).

Самое добывание огня этим прибором производится так (№8 на рисунке). Доска кладётся на плотную землю или на что-нибудь твёрдое, с небольшой дощечкой или щепкой, подложенной под вырез доски. Палочку обвивают одним оборотом тетивы лучка (тетива для того и делается довольно свободной, чтобы можно было её навернуть на палочку, после чего она должна оказаться натянутой). Делают это так, чтобы лучком удобно было работать правой рукой, и чтобы более острый конец палочки упирался в углубленьице у вершины зарубки. Верхний конец палочки упирают в углубление нижней стороны опорной головки. В таком положении ногой или коленом плотно становятся на доску, левой рукой крепко держат и прижимают опорную головку, чтобы палочка не колебалась, а правой рукой двигают лучком взад и вперёд, заставляя этим быстро вращаться палочку. Полезно бывает смазать салом или маслом верхний конец палочки (опирающийся в головку). Чтобы крепче держать прибор, хорошо бывает стать на правое колено, а в левую кисть, держащую опорную головку, упереться подбородком. Правая рука должна водить лучком ровными и сильными, непрерывными движениями во всю длину лучка. Быстро вращаясь, палочка как бы всверливается в доску, образуя трением деревянный порошок, который, разгорячаясь и постепенно обугливаясь, сыплется в вырезку и на лежащую под вырезом щепочку. Тогда надо ещё крепче прижимать палочку левой рукой и ещё быстрее вращать её правой. Когда порошок почернеет и начнет хорошо дымиться, надо прекратить работу и проворно, но осторожно поднять доску, а оставшуюся кучку дымящегося чёрного порошка на щепке осторожно раздуть (например, помахав слегка на неё ладонью) в тлеющий уголь. Тогда надо положить на тлеющий порошок приготовленный комочек растопки и раздуть в огонь.

Надо помнить, что доска должна быть совершенно неподвижной, и палочка также должна стоять совершенно прямо и не шатаясь. Начинать работу лучком нужно сравнительно медленно и нажимать опорную головку не сильно, но значительно усиливать давление и ускорять вращение, как только начнет показываться дымок. Если все эти правила соблюдаются, и дерево доски и палочки действительно совершенно сухо, но не гнило и не трухляво, то огонь непременно получается, требуя для получения его от 1 до 3 минут. Но пока не привыкнешь к этому, приходится возиться и дольше».

Обратите внимание на то, как охватывает тетива палочку. Тот конец тетивы, который идёт к руке, должен быть сверху того, который идёт к дальнему концу лучка, а сама палочка расположена кнаружи от тетивы. В противном положении тетива может вырвать палочку из дырки.

В качестве растопки хорошо использовать сухую ивовую кору. Она очень хорошо загорается и прогорает не так быстро, как сухая трава. Но её как минимум надо заготовить заранее.

Поговорим поэтому о растопке, «разжиге», как говорят таёжники. Не стоит особенно напрягаться, настругивая мелких щепочек в виде ёлочки на сухой палочке. Это долгое занятие, а разведение костра порой требует очень быстрых действий.

На собственном опыте убедился, что наилучшей растопкой в любое время года и в любую погоду для меня были щепки от старого смолистого соснового пня. Лучшие из них – на старых гарях. Кстати, из этих сосновых пней, наколотых на мелкие полешки, гонят смолу для осмаливания деревянных лодок. Если есть возможность, стоит заготовить достаточное количество смолёвых щепок.

Генри Дэвид Торо, американский писатель, автор книги «Уолден, или Жизнь в лесу», пользовался такими пнями и корнями не только как растопкой, но просто топил ими печь. «Настоящим сокровищем были ископаемые корни смолистой сосны. Интересно вспомнить, сколько этой пищи для огня скрыто в земных недрах. В прежние годы я часто ходил для „изысканий“ на холм, где некогда росли смолистые сосны, и выкапывал корни. Они почти не подвержены действию времени. Пни 30—40-летней давности сохраняют здоровую сердцевину, хотя заболонь сгнивает целиком, судя по толстой коре, образующей на уровне земли кольцо, на расстоянии четырёх-пяти дюймов от сердцевины. Вскрываешь эти залежи топором и лопатой и добираешься до костного мозга, жёлтого, как говяжий жир; или можно подумать, что ты нашёл глубоко в земле золотую жилу… Они грели, меня дважды – когда я рубил и когда жёг в печи; какое ещё топливо могло дать больше жара?»

Почти так же хороша для разведения костра берёста. Лучше, если она снята со стоящего или недавно срубленного дерева, например, на лесосеке, и высушена. Её тоже невредно иметь с запасом. Берёста с упавшей или сгнившей берёзы, конечно, сгодится, но загорается она гораздо хуже.

Всегда сухая растопка найдётся в глубине кроны какого-нибудь большого хвойного дерева, около самого ствола. Обычно это ель или кедр. Там даже в дождь есть сухие тонкие веточки, к тому же и довольно смолистые.

Можно, конечно, как рекомендуют многие руководства, иметь в рюкзаке сухое топливо, таблетки так называемого сухого спирта. Попробовав однажды разжечь костёр этими таблетками, я отказался от них. Загораются они довольно трудно и то в безветренную и не очень холодную погоду. На сильном морозе пытаться с их помощью разжечь костёр – никчёмное занятие, даже если покрошить на мелкие кусочки. Вещество таблеток настолько охлаждено, что надо немало тепловой энергии, чтобы они загорелись.

Не пытайтесь разжечь костёр с помощью сухой травы. Сгорит она мгновенно, как порох, завалив все занявшиеся угольки плотным пеплом, запорошит глаза, когда вы начнете раздувать гаснущее пламя. Тут недолго и глаз выжечь. Кстати, никогда не раздувайте костёр ртом, своим собственным дыханием. Лучше для этого использовать кусок берёсты, картонку или любой плоский предмет, крышку от чайника или кастрюли, помахивая ею около земли перед угольями.

Перед тем, как начать разжигать костёр, приготовьте немного сухих полешков или нетолстых сучков. Если идёт дождь, расколите стволики сушняка вдоль. Внутри древесина всегда сухая. Я имею в виду, конечно, что вы не собираете с земли сырые стволы, а свалили стоящую на корню сушинку. Сложите всё это шалашиком, а пучок растопки, держа её в руке, подожгите спичкой. И только когда растопка займется пламенем, подсуньте её под мелкие дрова и постепенно, по мере разгорания костра, «подкармливайте» пламя всё более толстыми дровами.

Трудно, повторю, разжигать костёр в сильный мороз. Щепки загораются медленно, потому что настыли так, что требуется определённое время, чтоб им нагреться. Вот тут-то и пригодится растопка из горелого пня. Смольё загорается мгновенно в любой мороз.

Вместо сухого спирта можно использовать и куски смолы из затвердевших натёков на стволах хвойных деревьев. Однако они загораются похуже, чем смолёвые щепки.

Все, что сухое и может гореть, можно пускать на дрова. Надо только помнить, что готовить их следует столько, сколько потребуется. Для того чтобы вскипятить чайник на получасовом привале, надо всего-то три-четыре ветки толщиной в два-три пальца. Однако для ночёвки в снегу под открытым небом надо уже валить здоровенный сушняк, иначе замёрзнешь.

 

Когда ночуешь в тайге, лучше всего брать для костра сухой ствол сосны или кедра. И ровно горит, и не стреляет угольками. Можно взять и ель, хотя она иногда и «постреливает». Если ночуете в сыром месте, около болота, например, то срубать сухие стволики надо повыше от комля. Он, как правило, сырой. Для небольшого костра, но всё-таки достаточного для того, чтобы приготовить полный обед и ещё посидеть за едой перед пламенем костра, думаю, что лучшие дрова – из сухого ствола ивы, черёмухи, тополя, осины, словом, почти всех лиственных деревьев, кроме берёзы. Сухую берёзу в лесу найти практически невозможно.

Сразу приготовьте нужное количество дров, если у вас, конечно, для этого есть время, если нет необходимости срочно, обогреться, обсушиться. Это даст вам возможность уже около костра, поставив на огонь чайник или котелок, привести в порядок свои вещи, отдохнуть. Особенно важно быстро наготовить дров вечером, когда вот-вот стемнеет. И ещё одно. Перед тем, как остановиться на привал, осмотритесь – достаточно ли вокруг сухих деревьев, чтобы не таскать их за тридевять земель к становью, натыкаясь в сумерках и в темноте на сучки, чертыхаясь и выматывая себе нервы.

Три основных требования к месту для костра и ночлега. Оно должно быть по возможности ровным, защищённым от господствующих ветров, расположено подальше от таких предметов, которые могут опасными для человека и для самого костра. Не разводите его на крупных камнях или в непосредственной близости от них. Например, рядом со скалой. От жара камни могут лопнуть, а их осколки – поранить. Если разжечь костёр прямо под деревом, под его ветвями, то они будут безнадежно испорчены, сожжены. Это ещё ничего! Может загореться само дерево, особенно если это смолистая порода, кедр, например.

Однажды на Алтае я попал в такую ситуацию по неопытности. Кедр рос на огромном камне над обрывом, а нашли мы это место уже в полной темноте и разожгли костёр прямо под ним около самого ствола, да ещё на камне. Одним словом, ночью мы чудом не сгорели и не замерзли. Тем более нельзя разводить костёр под деревом, ветки которого накрыты кухтой. Подтаяв от пламени костра, она обязательно сорвётся и завалит с трудом приготовленный костёр.

Вспомните рассказ Джека Лондона «Костёр», где одинокий путник поплатился жизнью, когда пренебрёг этим правилом.

Книга Охота как образ жизни. Сборник рассказов

Охота как образ жизни. Сборник рассказов
Андрей Андреевич Томилов

Посвящается нелегкому труду охотников-промысловиков. Рассказы захватывают остротой и отсутствием фальши.Содержит нецензурную брань.

Охота как образ жизни

Охота. Охота, – это не просто развлечение, как думают многие молодые, причислившие себя к когорте охотников.

Нет. Охота, – это, скорее, образ жизни. Да, это образ жизни. На каком-то отдельно взятом промежутке времени, когда человек, отрешается от всего суетного, земного, он попадает туда, в тот мир, параллельный мир, где все законы, вся физика действуют совсем иначе.

И вот, чтобы вернуться из того, параллельного мира, вернуться к нормальной, мирской суете, необходимо много знать.

Нужно изучить правила и способы охоты, нужно узнать, изучить места, где собираешься охотиться: леса, поля, горы, болота. Знать экипировку охотника, изучить оружие.

Завести напарника. Да, напарник, если хотите, друг, – на охоте, просто необходим. Даже если за всю вашу охотничью жизнь вы ни разу не попадёте в критическую ситуацию, хотя бы будет перед кем похвастать удачным выстрелом, трофеем. Особенно в молодости, – это не маловажно.

А если вы случайно провалились, хоть в болото, хоть на тонком льду, при переходе речки, тут уж точно, напарник совершенно необходим.

Конечно, речь не идёт о профессиональных охотниках. Там по технике безопасности вас не выпустят в тайгу одного. Хотя прекрасно понимают, что по тайге охотники парами не ходят. Но, на то они и профи, что могут твёрдо контролировать ситуацию. Могут помочь себе сами, когда случится беда. А самые опытные, не допустят никаких просчётов, не допустят беды.

Много лет мне пришлось жить и работать в разных регионах Сибири и Дальнего Востока. Работать именно со штатными, профессиональными охотниками. Очень серьёзные люди встречались, знающие своё дело до тонкостей, до мелочей.

Например, – бригада тигроловов: братья Кругловы, из Хабаровского края. Вспоминаю их только с теплом в душе. Это величайшие профессионалы, мастера своего дела, настоящие охотники.

Это, какими надо быть мастерами, чтобы где-то в тайге, в глухомани, гнаться день и ночь за семьёй тигров, преследовать их беспрестанно, потом, всё же отринуть, отогнать тигрицу от своих детёнышей, чтобы она не помешала поймать котят.

Какие уж там котята, когда каждый весом более сотни килограммов. Да при одном только неверном движении такой котёнок может расправиться с охотниками легко. Это им, охотникам, нельзя убивать, а ему-то можно.

Однажды, один из братьев, – Владимир, тащил на своей спине отловленного, связанного и притороченного к паняге кота. Тяжесть, как я уже упомянул, приличная. Да и сам Володя, – хоть поставь, хоть положи, – силушки не занимать. Они вытаскивали этого кота к дороге, где их поджидала машина.

Проходя по руслу замёрзшей реки, под таким грузом, Владимир провалился. Он улетел под лёд вместе с панягой, на которой рычал драгоценный груз.

Напарники, конечно, тут же выдернули его из воды, но спасать стали кота, прочищая и продувая ему ноздри, протирая намокшую шерсть. Только потом развели костёр и стали сушить охотника.

Очень дорого достаётся и ценится каждый отловленный тигр.

Или Степан Зырянов,– штатный охотник Восточной Сибири, соболятник. Для него не было даже малейшего секрета в своей профессии, который бы остался им не раскрыт. Он знал о жизни в тайге всё. И всё умел.

Много, очень много истинных лесовиков, правдашных охотников бродит по тайгам. И большое им спасибо, что науку ту, науку охоты, промысла, они не прячут. Сколько знал добрых охотников, – все таскали с собой молодого напарника, учили уму-разуму, таёжному ремеслу.

Да и в школах сельских, особенно таёжных, на внеклассных занятиях преподавался предмет, который так и назывался: охотничье дело.

Теперь этого нет. А стать охотником, хлебнуть этой романтики, хотят многие. Мало-мало охотминимум выучат, получат билет, и всё, беги, охоться.

А столько опасностей поджидает молодого романтика на тропе охоты, столько, что и не решишь сразу, с какой начать рассказ.

Вот, к примеру, спички. Очень важная часть экипировки охотника. Сейчас можно купить, без особых трудностей, самые навороченные зажигалки, непромокаемые спички, и прочее. Но, главное, чтобы они были у вас, в нужном месте и в нужное время. И не подвели.

Я всегда имел при себе коробок спичек, запаянный в целлофан. За много лет скитаний по тайге, горам, тундре, я ни разу не воспользовался этим коробком, но он был всегда в боевой готовности. Это не значит, что за сорок лет экстрима я не тонул, не проваливался, не попадал в другие сложные ситуации, где срочно нужен был костёр. Конечно, попадал, и тонул, и проваливался. Но получалось, что костёр разжигал другим коробком, который тоже был в укромном месте, тоже надёжно спрятан. И это правильно. Настоятельно рекомендую иметь при себе несколько источников огня. Это может избавить вас от многих неприятностей, а тяжести от лишнего коробка спичек, – чуть.

Расскажу один случай. Участок, где мы с напарником охотились, изобиловал мелкими, не замерзающими по всей зиме речушками. Они по всему руслу имеют донные родники, и даже в самые сильные морозы не перехватываются. Так, чуть закрайки распустят, и те слабые, – вес охотника не выдерживают.

Незамерзающие реки, протоки, очень неудобны при ходовой охоте. Когда ещё капканишь, по стационарному путику ходишь, – ещё терпеть можно. В этом случае заранее переправы готовишь, даже летом. И то, приходится останавливаться, снимать лыжи, переправляться, снова надевать лыжи. Это напрягает.

Ещё более напрягает, когда ты в свободном полёте, – охотишься с собаками. Соболя гонят, а он не смотрит, вода, не вода, – переплыл, причем, очень шустро и уверенно, и дальше. Собаки за ним. Следом охотник, – не кинешься в воду, не поплывешь. Переправу ищешь, хоть какую, хоть самую тоненькую жердушку, чтобы по ней перескочить, перелететь. А собаки там уже расстилаются, не велят мешкать, душу в клочья рвут.

Торопливо, с припрыжкой летит охотник по берегу, в поисках хоть жиденькой, хоть разовой переправы.

Так вот, однажды, проверяя капканы, в январе месяце, перебираясь по хорошо утоптанной переправе, излишне опёрся на слегу и она треснула.

Слега, – это жердушка такая, как посох, только побольше и длиннее. С ней, слегой, переходишь речку по бревну. Упираешься этой слегой в дно реки и, не очень легко, но перебираешься. Другой рукой придерживаешь лыжи, рюкзак-панягу, ружьё и посох.

Слега должна быть надёжная. Она должна служить только один сезон. А эта, – бес попутал, работала уже вторую зиму. Жердушка была крепкая, упругая, как показалось, – надёжная. Всю осень ходил с ней, да и половину зимы, – не подводила, – видимо ждала более подходящего момента. И дождалась.

Температура далеко ниже тридцати, поздний вечер, до зимовья около трёх километров, – лёгкий хруст и я лечу в ледяную воду вперёд спиной.

Ухнул, конечно, с головой. Правда, ни лыжи, ни ружьё не выпустил. Глубина, – по грудь. Пока выбрался, – конечно, промок.

Как же я был благодарен напарнику, за ту кучу валёжника и сучьев, которую он наворотил ещё три года назад, когда мы только делали эту переправу. Он расчищал место, и всё складывал в кучу на берегу. А ещё и внутрь запихал здоровенную берестину, скрученную как папирус.

Приседая у этой кучи, чтобы поджечь ту самую берёсту, я услышал, как хрустит на мне одежда, – моментально замёрзла. Спички, спрятанные в самый дальний, внутренний карман, – не промокли, заработали сразу.

Отогревшись у хорошего, большого костра, высушив штаны и куртку, выскоблил ножом лыжи и благополучно пришлёпал в тёплое зимовьё.

Напарник уже был обеспокоен.

История и неказистая, но внимания заслуживает. Можно сделать немало выводов.

* * *

Таёжная охота, – это совсем другое, не схожее с общепринятым понятием. Это даже и не охота, а, скорее, промысел. Да, ведь на промысле мало задумываешься о красоте процесса, и даже эстетическая составляющая, несколько притупляется.

Какие уж размышления о правильной охоте, о любовании природными прелестями, когда в кармане лежит наряд – задание, где чётко расписано, что ты должен добыть столько-то соболей, столько-то белок, норок, рябчиков и прочих. И хорошо бы побольше, а ещё лучше, – ещё побольше.

Это теперь, «государю-батюшке», не очень нужны огромные кучи золота, в виде дикой пушнины. А во времена «развитого социализма» каждая, самая малая шкурка была составляющей государственного плана.

Охотники промысловики были в чести и почёте. Пользовались серьёзными льготами.

Молодых охотников серьёзно обучали ремеслу. Потом отправляли на сезон, а то и на два, в паре с опытным охотником. Наставнику предприятие платило деньги за обучение. И только потом, через несколько лет, молодой охотник получал свой участок тайги, обустраивал его и охотился там всю жизнь. Так было.

Обустройство участка, – это отдельная история. Предприятие, где охотник работает, отправляет его в тайгу, на свой участок в летний период, для строительства зимовий, прокладку троп, устройство путиков. Подготовка к зимнему сезону. За всю выполненную работу предприятие ещё и деньги платит.

А вот где строить зимовья, как прокладывать капканные маршруты, в каких местах соорудить переправы, – это решает сам охотник, – для себя же делает.

Расскажу один случай, связанный со строительством зимовья. Вернее сказать, с умением правильно выбрать место под строительство.

Два молодых охотника получили в пользование участок. В то время участки таёжные закрепляли сроком на пять лет. Потом акт закрепления продляли, если не было грубых нарушений в пользовании.

Летом напарники, определив по карте примерное место строительства зимовья, отправились в тайгу.

Из жизни охотника-промысловика. — Охотничьи лайки. Библиотека.

Какой это охотсезон — Федор точно не помнил, где-то за два десятка. И вот опять стоят в золоте лиственницы, высокомерно, сверху посматривают на скромные, потерявшие свой красочный осенний наряд осинки и березки. Снова поет свою однотонную песню лодочный мотор, в перекатах огрызаясь на камни, которые попали ему на пути и помешали движению.
Осень. Наверно, никто ее не ждет, как ждут охотники. Вот первое зимовье, с тревогой охотник поднимается к нему по тропинке. Вглядывается, цело ли окошко, первый признак, побывал ли тут разбойник косолапый. Потом взгляд переходит на крышу. Целая ли и нету ли этих задиров с полосами на толе, что покрывает крышу. Целая — уже на душе спокойнее. Осторожно заглядывает в избушку. Печь на месте, и оставленные кое-какие вещи, которые не влезли на лабаз, тоже висят. Лабаз стоит нетронутый. И только тогда облегчённо вздыхает — обошлось. Первым делом затапливается железная печурка, верная спутница всех избушек, чтобы жилой дух появился и выгнать неприятный запах плесени. Собаки, насидевшись в деревне на привязи, рады свободе. Внимательно обнюхав вокруг избушки свои старые метки и оставив новые, унеслись в тайгу, теперь их не будет часа 2—3.
Много осеней Федор заезжал на свой участок на длинной деревянной лодке по этой небольшой, но сердитой и своенравной речке. Каждый заезд вызывал волнение и запоминался какими-нибудь приключениями.
Эта осень выдалась сухая и теплая. Когда отпускал утренний небольшой заморозок, вылазила изо всех своих схоронок матерая мошка. К обеду солнце нагревало воздух до летней температуры, что совсем не способствовало работоспособности охотника и собак, которые обросли новой шерстью.
Когда была осень дождливая и вода в реке была большая, Федор сразу поднимался до верхнего зимовья и оттуда начинал подготавливать охотуча-сток к промыслу. Ловя рыбу и добывая птицу на утренниках, он потихоньку спускался вниз по реке. Это было очень удобно, потому что рыбалка и охота не везде были добычливы. А здесь все складывалось в лодку и распределялось по избушкам, где и сколько всего этого надо оставить.

Если осень выдавалась холодная, то добывалось и мясо. В эту осень к большой досаде охотника этот вариант отпадал. Вода в речке была совсем мелкая и подняться на лодке можно было только до первой избушки, где была основная база. Там были рация, баня и оставлялся большой разнообразный запас продуктов.
Пробыв на базе два дня, наловив и подсолив рыбы, все прибрав, и что нужно закрыв, Федор собрался в обход охотучастка. Утром, поставив на подходах к избушке две петли из тросика (неожиданность непрошенному лохматому гостю) и взяв собак на поводок, чтобы отвести от петель, он двинулся в обход, рассчитывая вернуться недели через три.
Легко шагалось по прочищенному путику, где за долгие годы хождения по одному и тому же месту натопталась хорошая тропинка. Ноги ступали на твердую, утоптанную землю, а не на этот, с болотистой вязкостью, мох, который отнимал у путника сил больше, чем какая-нибудь физическая работа. В местах, где были заломы или заросли мелкого березняка, подчищалось и вырубалось. Такие путики-тропинки сразу обращают на себя внимание и дикого зверья. Видать, им тоже не нравится продираться по зарослям, и они охотно пользуются такой таёжной дорожкой, еще сильнее ее утаптывая. Вот так, в бодром настроении, по холодку наш герой начал свой трудовой путь.
Отойдя от базы метров триста, он отпустил одного кобеля — нужна птица. Попрыгав на радостях вокруг хозяина и подождав, не отпустят ли его товарища, пес побежал вперед. У Федора собаки были очень вязкие к сохатым, если они его находили, то вдвоем могли проорать на него весь день, а одному не так интересно, и где-то часа через два с высунутым языком он догонял хозяина, демонстративно пробегая мимо. Мол, тоже мне, охотничек! Что Федора всегда веселило.
Пройти надо было 12—13 км, он хорошо знал дорогу, и в душе была легкая досада, что сначала почти до полдороги идти надо было по чернолесью с густыми старыми елями и кедрачом. А во второй половине дня, когда самая жара, по старым гарям, заросшим березняком, где от солнца не будет никакого прикрытия. Нет чтобы наоборот. Пройдя километра полтора, Федор услышал хлопанье сильных крыльев, потом недовольное скерканье, что напоминало раздраженного старика, которого не вовремя потревожили. Аян работал по птице аккуратно, не орал дурным лаем, как некоторые азартные собаки, чем настораживали птицу, а, находясь в стороне от дерева, спокойно полаивал.
Сказочно смотрится этот таежный житель на осенней лиственнице, когда все дерево пронизано лучами солнца, оно так и светится золотым светом, подчеркивая красоту этой древнейшей птицы. Уложив добытого глухаря в понягу и сказав себе «начало есть», двинулись дальше. Идя по путику, Федор обращал внимание на валежник, где любят оставлять свои метки соболя, помёт, этакие черные колбаски, по которым определялось наличие соболя и что он ест.
Они попадались редко и подсказывали, что в меню у зверька преобладает голубика. «По хребтам у реки сплошные голубичники, посмотрим, что там будет», — думал Федор, продолжая путь. Птица больше не попадалась, если не считать спугнутый возле ручья выводок рябчиков, который разогнал Аян. Не стоило терять время на этих мастеров играть в прятки. Федор любил эту птицу не за ее деликатесное мясо, а за то, что она такая есть: серенькая, неприметная, со своим взрывным взлетом, а, главное, за голос, за эту нежнейшую песенку осеннего леса. «Видать, Богу эта птичка тоже нравится, и он наградил ее таким мелодичным подарком», — думал Федор. Когда ему попадались петушок с курочкой, а они живут парами, он, если не было большой необходимости, их не трогал. Считал, что песенка этого петушка радует душу, а приварок не велик, можно и без него обойтись.
Подходя ближе к старым гарям, стал встречать раскиданные ловушки, приходилось тратить время на их ремонт. Попадались задиры и закрутки по мелколесью, это лось пробовал свои новые рога. Возбужденный предстоящими поединками, он терял осторожность и становился агрессивным.
Пора было перекусить. Федор выбрал место с бочажинкой чистой воды и стал готовить дрова на костер.
Резкие удары топора разносились по тайге. В это время залаял Аян, и сразу заскулил Серый, чтобы его отпустили. Лай был явно не по птице, а по какому-то крупному зверю. Постояв и послушав лай, стараясь определить — по медведю или лосю, Федор продолжил свое дело. Развел костер, подвесил с водой котелок. Лай приближался, по тому с каким треском зверь гонялся за собакой, было понятно, что это сохатый. «Пока чай закипает, пойду, его спугну», — решил Федор. Вся эта кутерьма происходила недалеко. Подойдя поближе, он увидел, что это бык, притом с хорошими рогами. Он не стоял и не делал резких выпадов, как обычно делают лоси, а наоборот гонялся за собакой. Наверно, он шел на стук топора, приняв его за стук рогов других лосей, потому такой и боевой. Надо его хорошенько пугануть, чтобы убежал. Возле костра исходил лаем привязанный второй кобель. Прячась за толстыми деревьями, Федор подошел к зверю метров на 20. Потом выйдя на чистое место, чтобы его увидел лось, стал кричать и размахивать руками. Сохатый на какое-то время остановился, разглядывая, что это еще появилось за чудо. Аян увидев хозяина, понял все это по-своему: помощь подошла и стал нахальнее кидаться на лося. Сохатый не напугался, видать, запах человека не дошел до него, а сам он не сообразил, и продолжил войну с собакой. Тогда Федор сменил тактику и начал отзывать разгоряченную собаку. Аян подбегал к нему метров на 5—6 и тут же возвращался к своему занятию. Плюнув на все это, Федор пошел пить чай. Подойдя к догорающему костру, он увидел, что полкотелка выкипело. Серый, когда хозяин вернулся, решил, что без него там не могут справиться и сейчас его отпустят, и уж он-то покажет как надо работать с этими долгоногими, давай еще сильнее дергаться и лаять. Да-а, хозяина не поймешь, вместо того, чтобы отпустить, он сердито прикрикнул и, выломав прут, пригрозил, чтобы вел себя тихо. Пришлось покориться. По новой кипятить чай Федор не стал, время поджимало. Достав хлеб с сыром, он стал есть, запивая оставшимся кипятком. Пока он ел, сохатый, наверно, наткнулся на свежие следы человека, потому что лай стал быстро удалятся параллельно путику. Только был собран рюкзак, как вернулся Аян. «Что, балбес, отвел душу?» — спросил хозяин, на что кобель ответил слабым шевелением своей закрученной баранки и стал жадно лакать воду.
Через полкилометра путик пересекал границу зеленой тайги со старой гарью, разделенную ручьем. За ручьем начинался длинный пологий подъем, заросший высоким взрослым березняком с еловым и кедровым подростком. Стали попадаться рябчики, но бежавший впереди Аян с большим удовольствием их разгонял. Ведь они так интересно стрекочут и перепархивают. Когда хозяин на него ругался, он смотрел недоуменно: «Что я такого сделал, я ведь на них не лаю, а то, что взлетели, нечего у меня на пути сидеть, так что я не виноват». Одолев тягун, Федор остановился. Он всегда тут останавливался, но не для того, чтобы отдохнуть. С этого места открывалась панорама далекой тайги. Всегда он смотрел на эти просторы, будто первый раз видел. Да это примерно так и было, потому что в разную погоду и в разное время дня все это смотрелось по-другому. Особенно в пасмурную погоду. Все эти дальние сопки и распадники наливались какой-то душу щемящей синью, волнами чернели сопки с кедрачами, и казалось, что не здесь надо охотничать, а там, там в той тайге должны быть богатейшие угодья с соболями и другим зверьем. Но Федор знал, что это обман, что зайди на те дальние так манившие хребты и посмотри в обратную сторону — все будет видеться так же. Солнце перевалило уже свой пик и покатилось на дальние западные сопки, поросшие островершинными елями и пихтой. Поэтому казалось, что это стоят гигантские гребни-расчески с острыми, как иголки, зубьями. Было впечатление, что солнце, докатившись до этого заслона, обязательно там наколется, как на острогу, и зависнет на этих черных хребтах.
Впереди залаял Аян, слышно, что лает по зверю, но как-то без обычного азарта. Серый опять заскулил и навострил уши на лай. Собака лаяла прямо у тропы, не надо было сворачивать в сторону. Подойдя ближе, Федор пробормотал: «Старые знакомые». Опять стоял этот бык с широченными рогами. Повторилась история с водворением. Лось упорно доказывал, что хозяин тут он, где хочу там и хожу. Крики и стучание по дереву дали нулевой результат. «Дай-ка я ему с тозовки стрельну по рогам», — решил Федор. У него было комбинированное ружье «Белка». Выбрав момент, когда сохатый опустил голову, он нажал на курок. Неожиданно в плечо ударила отдача, и грохнул ружейный выстрел. Сразу вспомнил, что когда прогонял лося первый раз для подстраховки зарядил пулю и перевел флажок на ружейный ствол. Забыл! Бывает. Сохатый помотал несколько раз башкой, еще немного погонял собаку и, убыстряя ход, стал удаляться. Подальше от неспокойного места. Аян ушел за ним, ведь выстрел был, должен упасть. Федор постоял, послушал редкие взлаивания собаки, по привычке отмечая направление хода зверя. Глянув на солнце, понял, что если он таким темпом будет идти, то в избушку придет ночью. За несколько месяцев там могло многое измениться, мог медведь навести свой порядок, дерево упасть на зимовье. Да и эти вездесущие туристы, тоже от них бывают большие неприятности. Так что лучше прийти засветло, чтобы было время подготовить все к ночевке. «Все равно полностью наладить сегодня путик не успею, так что пойду ходом», — решил он. Засунув топор за лямки поняги, Федор пошел, не задерживаясь. Идя быстрым шагом, поглядывал на небо, там явно намечались какие-то перемены.
Не было уже той голубизны, а появился какой-то свинцовый цвет, да и на закате обозначилось облачко с кровавыми краями. «Как бы не получилось так, — с тревогой думал он, — что после такой долгой жары польют затяжные дожди».
Иногда приходилось останавливаться послушать, не лает ли где Аян. Стояла полнейшая тишина. «Уже и догнать должен, куда его опять черти унесли?» — с раздражением думал Федор. Ближе к реке начались сплошные голубичники. Здесь, видать, это растение все устраивало: и земля и свету хватало — кусты были высокие и густые. Такого урожая Федор не помнил, все усыпано крупной ягодой. Не надо останавливаться, чтобы поесть, просто на ходу черпанешь — и полная горсть.
Сзади резко дернул Серый. Оглянувшись, чтобы прикрикнуть, он увидел что кобель, замерев, куда-то смотрит, посмотрев туда, увидел лося. Бык шел в их сторону, голова у него была опущена и повёрнута к зарослям высокого голубичника, он угрожающе покачивал рогами, явно кого-то пугал. «Там, наверно, медведь кормится ягодой», — мелькнуло в голове. Взяв кобеля за ошейник и присев, стал наблюдать за этой встречей. Кто там был в кустах, так и осталось загадкой. Но лось явно не хотел знакомиться с ним ближе. Уже не качая рогами, а подняв голову и убыстряя шаг, он шел прямо к затаившемуся охотнику. «Елки-палки!» — подумал Федор, приготовив на всякий случай ружье и скинув рюкзак, — и дерева толстого нет рядом, чтобы отскочить, один мелкий березняк». Притянув Серого, он шипящим шепотом заставлял собаку вести себя тихо, чтобы зверь пробежал мимо. Но, когда сохатый оказался метрах в 15-ти, кобель всё-таки гавкнул. Вскинув голову, лось встал как вкопанный, но это длилось недолго, высунув язык набок и мотая опущенными рогами, он галопом кинулся в их сторону. Навстречу зверю с грохотом вылетело облачко дыма и огня. Бык непонимающе встал, но через какое-то мгновение как-то неуверенно развернулся и побежал, медленно заваливаясь на бок.
Серый рвался к упавшему зверю, но Федор не спешил к нему подходить. Он догадывался, что это все тот же бык. Какое-то странное горькое чувство давило грудь. Загубленного зверя, конечно, было жаль. Но это жалость была другая, чисто практическая: почти все это пропадёт без пользы. Федора давило другое, ведь два раза прогонял, в третий была безвыходная ситуация. Так что судьба все-таки есть, и у зверя, и у человека, и никак ты ее не обойдешь. Что делать с этой неожиданной и ненужной добычей? Самый подходящий вариант, решил он, это мякоть забрать и засолить, остальное придется бросить. Подойдя к лежащему зверю, убедился, что это был тот самый бык. В центре большой лопаты была аккуратная дырочка от пули 28 калибра. Чтобы не терять время, он не стал обдирать, а прямо со шкурой отделил лопатки и стегна, забрал язык и печень.
Быстро нарубив нетолстых жердей из березы, положил их концами на толстую валежину, выглядело это, как упавший редкий забор. Потом подтащил приготовленные лопатки и стегна и положил на жерди мясом вниз, чтобы продувалось и прибежавшая собака не объела бы мякоть, сверху-то шкура не даст.
К избушке подошел в сумерках. Люди здесь были: возле избы осталось большое кострище, в нем лежало десятка два жестяных банок.
Заглянув в избушку он увидел, что все на месте, и там было прибрано. Пол подметен, дрова тоже лежали в углу. Не благодарность, а какое-то облегчение шевельнулось в душе у Федора: есть же и нормальные туристы. Затопив печку и взяв ведро пошел за водой. Идя по тропинке к реке, взглянул на стоявший в стороне высокий лабаз и сложенную весной поленницу дров и тут же выматерился. К лабазу стояла прислоненная лестница, а дров половины не было. Придя с водой, налив в чайник и кастрюлю, поставил на печь и пошел смотреть продукты на лабазе. Повезло, что сюда не приходил медведь, но мыши залезли и попортили некоторые продукты: прогрызли мешочки с крупой и нагадили в сухарях. Привезенной весной соли для засолки рыбы он не обнаружил, видать у гостей была хорошая рыбалка, не нашел и пачки чая. Перешарив старые запасы, нашел начатою пачку йодированной соли. «Хоть еду есть чем посолить», — с раздражением подумал он. Вернувшись в избушку и достав из рюкзака язык и печенку, занялся приготовлением ужина. Подойдя к столу, он зажег лампу, при свете разглядел закрытою пол-литровую банку с какой-то водой и рядом пару блесен. Открыв банку, ощутил запах спирта. «Расчет за соль и чай», — догадался Федор. «Да на хрен бы он мне нужен ваш расчет», — со злостью подумал он. Отсутствие соли ставило его в затруднительное положение, план с засолкой мяса отпадал.
Быстро поджарив печенку, опустил сохатиный язык в кипящую воду, он варится долго, как раз будет на завтрак. Сводило скулы от запаха жареного, сильно хотелось есть. «Выпить что ли? Для аппетита вроде не надо, — подумал он. — Ладно, за прошедший день выпью немного, крепче буду спать». Спирт был неплохой, не отдавал резиной, ни ацетоном. Легкое опьянение сразу ударило в голову. «Печенка поджарена в самый раз, только вот лучку бы сюда», — думал разомлевший Федор. Навалилась дремота. Что-то долго нет Аяна — плыло в голове. За дверью заворчал Серый, выглянув, он увидел не Аяна: там стоял Аянище. «Сколько же ты, сволочь, сожрал!» — воскликнул изумленный Федор.
Чуть шевельнув опущенным хвостом, не глядя на хозяина, раздутый, как шар, кобель, еле переступая, подошел к будке. Постоял, глядя в темное нутро катуха и рухнул на землю. Видать, понял, что пролезть во вход ему будет трудно. Подойдя к кобелю, Федор потихоньку попробовал ногой его живот. Да, утрамбовано основательно. Аян никак не реагировал. Проверив на Сером привязку, что бы он не ушел ночью к мясу, Федор пошел спать. Аяна привязывать не стал. Попив еще чаю, лег. Перед глазами плыло увиденное за день. «А ведь он нас только пугал», — медленно тянулась мысль про убитого лося. — Галоп-то у него был коротенький, чуть ли ни на месте. Руки быстрее головы сработали. Сразу не сообразил. Наверное, принял нас за кормившегося медведя, я же на карачках сидел. Да, Бог с ним, что сделано, то сделано, зверю все равно, с пользой его убили или нет», — мелькали мысли у засыпающего Федора.
Проснулся, квадрат окошка только стал просвечиваться в темноте избушки.
Полежал минут десять, обдумывая свои действия на начавшийся день.
Потом затопил печку и стал одеваться. Позавтракав и собрав рюкзак, Федор с Серым отправился вчерашней дорогой в сторону, где лежал добытый зверь. Аян даже не сделал попыток повозмущаться, что его оставили. Федор так и привязал его лежачего. За ночь этот обжора совсем не похудал. Серый шел на поводке, он тоже был не дурак поесть и, если был бы отпущен, ушел бы прямым ходом к мясу. А это было совсем не в интересах хозяина. Мяса было не жаль, просто за ночь мог подойти медведь, и прибежавший Серый начнет с ним войну. И пока Федор доплетется туда на своих двоих, зверь может уйти. Не доходя до мяса метров триста, он отпустил собаку, через некоторое время послышался редкий возмущенный лай. Значит, не пришел за ночь никто.
Федор знал, что Серый всеми фибрами собачьей души ненавидел воронов, которые воровали, как он считал, его добычу. Доходило до смешного. Охотникам доводился план по мясу, часть продавали населению, но львиная доля уходила на звероферму.
Когда устанавливались морозы, Федор, охотясь за пушниной, попутно отстреливал из-под собак лосей. Чтобы не терять во время промысла время на вывоз, он сразу складывал мясо на небольшой лабаз, а вывозил на снегоходе после Нового года, когда устанавливался подъем, снег становился глубоким и плотным. И вот, когда, идя по путику, проходили это место и Серый видел, что в сторону добытого лося пролетает ворон (а память у собак хорошая), то он с возмущенным взлаиванием, стараясь не потерять ворона из виду, огромными прыжками бежал проверять, цела ли его добыча. Федор знал, как прибрать мясо от этих «санитаров», чтоб они его не достали, и им доставались только кишки, и, если Серый поднимал там воронов, его негодование было слыхать на всю тайгу.
Возле вчерашней убоины кружилась пара воронов, несколько штук сидели на дальних сушинах. Увидев человека, сразу снялись один за другим и улетели. Которые летали, наоборот, сели и стали каркать, сообщая на всю округу, что здесь есть пожива. «Вот у кого коммунизм, — усмехнулся Федор, — ведь никогда один есть не будет. Если один найдет, значит, все знать будут, даже медведь. Ну тот-то делиться ни с кем не будет». За годы охоты он неплохо узнал повадки таежных обитателей и знал, что косолапый на вороний крик идет, как на запах.
То, что не оказалось соли, Федора расстроило. Его угнетало, что угробив такого зверя, использует самую малость. «Заберу заднюю ногу, да ребер на суп, — решил он. — Той пачки соли должно хватить. Остальное хорошенько завалю от воронья, чтоб не растаскали, глядишь, кто-нибудь прикормится, все недаром пропадет». Сложив оставшееся мясо в кучу, начал заваливать сперва мелким березняком и еловым подростком. Когда на мясе был внушительный слой мелочи, стал заваливать толстым валежником и березой. Провозился долго. «Больше ничего сделать не успею, да еще и мясо надо посолить», — решил он. И, нагрузившись мясом, отправился в сторону избушки. Идти было недалеко, где-то километр, может, чуть больше. Но и тяжесть на плечах была не маленькая. Вот так, потихоньку, часто отдыхая, они с Серым несли каждый свой груз. Возле лося Федор ему не препятствовал, меньше достанется воронью. Придя к избушке, печь топить не стал, развел костер.
Еще днем по вершинам деревьев стал гулять ветерок. К вечеру он окреп и сейчас кидал дым от костра в разные стороны. Все предвещало перемену погоды.
Порезав мясо пластами, толщиной сантиметра три, пересыпав солью, плотно уложил в берестяные чуманы. Сверху положил толстый слой мха, чтобы не залезла муха. Все это поднял на лабаз и там сверху м

«Рыбак» Джона Лангана

Я знаю, что история ужасов сработала хорошо, когда она приносит мне кошмары …

«Рыбак» — это именно тот тип всепоглощающего ужаса, который мне понравился с классикой вроде Лавкрафта.

Она начинается с того, что персонаж теряет людей, которых он любит больше всего в жизни, и, изображая события реалистично, история выходит на новую территорию, позволяя манипулировать чувствами печали и скорби, чтобы накормить что-то гораздо большее, гораздо более темное и много чего еще тревожного…

Персонаж от первого лица Эйб потерял свою возлюбленную

Я знаю, что история ужасов сработала хорошо, когда она приносит мне кошмары …

Рыбак — это именно тот тип всепоглощающего ужаса, который мне понравился с классикой вроде Лавкрафта.

Она начинается с того, что персонаж теряет людей, которых он любит больше всего в жизни, и, изображая события реалистично, история выходит на новую территорию, позволяя манипулировать чувствами печали и скорби, чтобы накормить что-то гораздо большее, гораздо более темное и много чего еще тревожного…

Персонаж от первого лица Эйб потерял свою любимую молодую жену от рака сразу после их свадьбы. Хотя они и недолговечны, их совместное времяпрепровождение так много для него, что он больше никогда не женится и не живет своей жизнью, проводя свободное время на рыбалке. Хобби, которым он не занимался много лет, но которое внезапно вернулось в его сознание после смерти жены.

Спустя годы рыбалки его молодой коллега Дэн разделил схожую судьбу (но гораздо более травмирующую), потеряв жену и детей в автокатастрофе.

Надеясь выманить сломанного человека из его панциря, Эйб предлагает ему присоединиться к нему на рыбалке — и, что удивительно, Дэн соглашается, став постоянным приятелем Эйба на рыбалке.

Однажды, однако, совершенно неожиданно, Дэн предлагает порыбачить в малоизвестном месте под названием «Бухта Голландца», которое почти не встречается ни на одной из карт Эйба. Но оно есть, и нахождение этого места превращает жизни этих людей в череду ужасающих встреч и осознаний, которые могут стоить им не только их рассудка, но и жизни….

Звучит, наверное, скучно: два парня на рыбалке. Тем более, когда вы понимаете, что это не рыбацкая версия Горбатой горы (как я изначально предполагал).

Соблазн этой истории, безусловно, заключается в том, что она по большей части приближается к реализму, пока им не рассказывают историю (в рамках истории), которая объясняет мелочи, произошедшие ранее, давая им гораздо более широкий контекст и заставляя вас понять, что, черт возьми, здесь что-то не так.

Конечно, окончательная битва — это захватывающий кусок ужаса, которого определенно стоило подождать (например, часы рыбалки, которые вы проводите с Эйбом и Дэном)

В этой истории есть все, что я лично ищу в этом жанре: (view спойлер) [Нежить люди восстают из своих могил, мир ниже нашей реальности, богоподобное существо настолько огромно и могущественно, что якобы способно воскресить людей из мертвых, и вывод, который заставляет задуматься о том, есть ли в этом смысл, вставать каждое утро и идти на работу, когда вы знаете, что ЭТО — то, что ждет вас под всем… (скрыть спойлер)]

Я бы очень хотел углубиться в подробности, но я отчаянно избегаю спойлера, чтобы вы могли испытать ужас из первых рук 🙂

Я полностью рекомендую эту книгу, даже если это оставило меня встревоженным и напуганным, как хороший хоррор, наверное, должен …

5 звезд! [«br»]> [«br»]> [«br»]> [«br»]> [«br»]> [«br»]> [«br»]> [«br»]> [ «br»]> [«br»]> [«br»]> [«br»]> [«br»]> [«br»]> [«br»]> [«br»]> [«br «]> [» br «]> [» br «]> [» br «]> [» br «]> [» br «]> [» br «]> [» br «]> [» br «] > [«br»]> [«br»]> [«br»]> [«br»]>

.

Вы прочитали книгу о чем? (1928 книг)

1 Жесткий: Загадочная жизнь человеческих трупов
— пользователем

4,06 средняя оценка — 171,101 оценок

  • Хочу почитать saving…
  • В настоящее время читаю saving…
  • Читать saving…

Книга оценок ошибок.Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

2 Соль: всемирная история
— пользователем

3,74 средняя оценка — 57 025 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

3 Профессор и сумасшедший: рассказ об убийстве, безумии и создании Оксфордского словаря английского языка
— пользователем

3.84 средняя оценка — 97 616 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

4 Ест, стреляет и уходит: подход с нулевой терпимостью к пунктуации
— пользователем

3.87 средний рейтинг — 96 935 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

5 Бессмертная жизнь Генриетты Лакс
— пользователем

4,07 средняя оценка — 584,453 оценок

Книга оценок ошибок.Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

6 Дым попадает в глаза и другие уроки крематория
— пользователем

4,18 средняя оценка — 53 391 оценка

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

7 Бонк: странное сочетание науки и секса
— пользователем

3,84 средняя оценка — 51297 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

8 Справочник отравителя: убийство и рождение судебной медицины в эпоху джаза в Нью-Йорке
— пользователем

очень понравилось 4.00 средний рейтинг — 29 878 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

9 Родной язык: английский и его происхождение
— пользователем

3,92 в среднем — 35 317 оценок

Книга оценок ошибок.Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

10 Призрак: Наука решает загробную жизнь
— пользователем

3,59 средний рейтинг — 34109 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

11 Хладнокровно
— пользователем

4.07 средний рейтинг — 526 409 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

12 Исчезающая ложка: и другие правдивые сказки о безумии, любви и истории мира из Периодической таблицы элементов
— пользователем

3.91 средний рейтинг — 41167 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

13 Долгота: правдивая история одинокого гения, который решил величайшую научную проблему своего времени
— пользователем

3.96 средняя оценка — 58 922 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

14 Глоток: приключения на пищеварительном тракте
— пользователем

3,93 средняя оценка — 40 278 оценок

Книга оценок ошибок.Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

15 Сухарь: американская легенда
— пользователем

4,22 средняя оценка — 144029 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

16 Император всех болезней: биография рака
— пользователем

4.29 средняя оценка — 80 590 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

17 Год библейской жизни: скромный поиск одного человека — следовать Библии как можно буквально
— пользователем

3.75 средняя оценка — 62043 оценки

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

18 Акко Смерти: в легендарной лаборатории судебной экспертизы на ферме тел, где мертвые рассказывают сказки
— пользователем

4.19 средняя оценка — 10,328 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

19 Злые растения: сорняк, убивший мать Линкольна, и другие ботанические злодеяния
— пользователем

3.80 средняя оценка — 8198 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

20 Карта-призрак: история самой ужасающей эпидемии Лондона и того, как она изменила науку, города и современный мир
— пользователем

3.90 средний рейтинг — 40310 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

21 Упаковка для Марса: любопытная наука о жизни в пустоте
— пользователем

3.95 средняя оценка — 50 170 оценок

Книга оценок ошибок.Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

22 Никель и Димед: в Америке (не)
— пользователем

3,63 средняя оценка — 177 299 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

23 Тест психопата: путешествие по индустрии безумия
— пользователем

3,94 средний рейтинг — 122435 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

24 Книга кодов: наука секретности от Древнего Египта до квантовой криптографии
— пользователем

4.28 средняя оценка — 22088 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

25 Затерянный город Z: повесть о смертельной одержимости Амазонкой
— пользователем

3,86 средняя оценка — 73 433 оценки

Книга оценок ошибок.Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

26 Треска: биография рыбы, изменившей мир
— пользователем

3,91 средний рейтинг — 19 339 оценок

.

Якуты и их культура

Якуты — коренное население восточно-сибирского региона, которое в основном проживает в Саха / Якутской автономной республике.

Считается, что якуты произошли от тюрков с юга Сибири 800-1000 лет назад. В прошлом из-за угрозы врагов они бежали из Средней Азии на север.

Их первое поселение было на реке Лена, недалеко от Якутска, столицы Республики Саха.

Русские впервые соприкоснулись с якутами только в 17 -м веке (Якутский форт был основан в 1632 году русскими казаками), но русские поселенцы не переселялись на территорию Саха / Якутия до конца 18 -го века.

Однако из-за удаленности Якутии Россия сочла ее хорошим местом для ссыльных. Самое раннее свидетельство ссыльных в Саха / Якутия относится к 1640 году, но только в начале 19 -го века пленные прибыли больше по политическим мотивам. Как-то пленные оказали на якутов хорошее влияние. Они строили фабрики, больницы, учили писать и читать, публиковали книги и делали много других добрых дел. С другой стороны, якуты научили этих людей пережить холодную зиму.

При советской власти территория стала называться Якутской Автономной Советской Социалистической Республикой, позже она была преобразована в Автономную Республику Саха. Если бы это была независимая нация, она была бы 8 -й по величине страной в мире!

Якуты, проживающие в Сибирском регионе, вынуждены пережить очень холодные зимы, когда температура может опускаться до -60 ° C (-76,0 ° F). Несмотря на температуру, людям по-прежнему нужно идти на работу, а дети должны посещать школу.У них могут быть дополнительные «каникулы» в школе, только если холода опускаются ниже -50 ° C. Однако летом температура колеблется в пределах 20-40 ° C.

Население

Якутов около 400 000 человек. Подавляющее большинство проживает в Республике Саха, но значительная часть населения проживает в США и Канаде. Показатели рождаемости показывают, что в ближайшем будущем якутов может стать больше, чем россиян в Республике Саха / Якутия.

Политико-экономический ландшафт

Как уже упоминалось ранее, якуты в основном проживают в Саха / Якутия.Она провозгласила свой суверенитет в 1991 году, но не получила международного признания. Однако степень политической и экономической автономии была достигнута. Республика Саха богата природными ресурсами, такими как золото, алмазы, серебро, газ, нефть и соль. Основной инвестор в майнинг — Россия. 21 мая 2014 года Россия и Китай подписали газовое соглашение на 30 лет. Он будет приносить Китаю 38 миллиардов кубометров газа ежегодно. Строительство газопровода начнется в первой половине 2015 года, а к 2018 году он будет введен в эксплуатацию.

Архитектура

Якуты традиционно занимались скотоводством и коневодством. В прошлом им приходилось жить в разных местах, чтобы их скот выжил. Переезжать приходилось дважды в год: конец мая — летний сезон, октябрь — зимний период.

Зимой якуты жили в домах балаган , построенных из глины, навоза и березовых бревен. В центре здания была труба. Эти дома были построены с покатыми стенами, чтобы изолировать жилые помещения от холода, а из-за вечной мерзлоты дома строились на деревянном настиле.

Зимний дом из старины:

Внешний вид зимнего домика

Интерьер дома

Современная версия (в Исландии):

Резиденция художников Кьюргей Александры в Исландии

Интерьер дома

Летом они переехали в летние домики под названием urasa , сделанные из бересты.Примерно ураса может вместить до 100 человек.

Якутская семья у дома ураса , около 1900 г. (через kunstkamera.ru)

Строительство традиционного жилья резко сократилось с 1991 года, когда было распущено советское колхозное хозяйство. Однако фермерские семьи и рыбаки по-прежнему владеют ими и пользуются ими.

Язык

Язык, на котором говорят якуты, известен как саха-тыла. Это тюркский язык, на который сильно повлияли древнемонгольский, эвенкийский, тунгусский, енисейский языки.Из-за влияния многих других языков он не понимается другими тюркоязычными народами. Единственный близкий язык — долганский (используемый долганами на полуострове Таймыр, Россия), который некоторые люди называют диалектом саха-тыла.

Текущий алфавит (модифицированная кириллица) был разработан в конце 1930-х годов. Почти 80-90% якутов говорят на родном языке, а большая часть из них использует его ежедневно. Некоторые русские, проживающие в Республике Саха, и другие племена меньшинств также используют язык саха-тыла.Несмотря на то, что высокий процент якутов использует свой собственный язык, русский язык также широко используется. Важно отметить, что это один из немногих языков коренных народов Сибири, который не сокращается.

Продукты питания

Традиционная якутская диета состоит из мяса, рыбы и молока. Все традиционные блюда по-прежнему едят сегодня, но в основном готовятся только в особых случаях.

Молочные продукты

Свежее молоко широко не используется, но популярны обезжиренные и ферментированные продукты.

Salamat — кисло-сливочная каша из сливок, пшеницы, масла и соли. Обычно едят в праздничные дни.

Кёрчех — один из популярных десертов / завтраков, который похож на мороженое из свежего коровьего молока, взбитого с ягодами.

Алаалджи это Якутский оладьи маленькие толстые.

Leppieske — это хлеб, похожий на ближневосточный хлеб, выпекаемый на огне в якутской печи.

Рыба

Саха / Якутия — край тысяч озер. Кробо (карась) — самая популярная рыба, которую якуты едят. Едят приготовленным, жарят на сковороде или жарят на огне. Лосось белоснежный (нельма) и другие виды рыбы едят замороженными. Самый известный деликатес — Строганина — тонких длинных ломтиков замороженной свежей речной рыбы, которую зимой едят замороженной. Хранится в традиционных вечномерзлых погребах или морозильных камерах. Считается застольным блюдом, к которому обычно подают водку.Строганина — немного дорогой продукт, но люди в Якутске, у которых есть родственники в северных деревнях, имеют доступ к Строганине по более низкой цене.

Прочее

Конина — особый деликатес, который едят замороженным, вареным или жареным. Мясо диких лошадей, обитающих в природе, считается более вкусным, чем рабочая лошадка, которую держат внутри зимой.

Белки — обычный источник пищи для охотников. Они охотятся на них и продают их шкуры.Хотя это очень сложная задача, потому что охотнику нужно попасть белке в глаз, иначе кожа испортится.

Из-за сурового климата здесь могут расти не многие виды фруктов и овощей, но есть некоторые виды ягод, листовых растений и корнеплодов, которые растут в природе.

Однако, во время советской власти в Саха / Якутии был основан сельскохозяйственный сектор, и теплицы получили широкое распространение. Это позволило людям выращивать все виды овощей теплого сезона, такие как огурцы и помидоры.В прошлом и сегодня травы и ягоды собирают и хранят на зиму в кладовых.

Напитки

Из-за вечной мерзлоты в Якутии нет грунтовых вод, поэтому зимой якуты копят куски льда в подвалах вечной мерзлоты, а летом используют их для пресной воды.

Якуты гордятся своим напитком кумыс . Он сделан из ферментированного кобыльего молока, которое немного похоже на кефир . Он питательный и освежающий. Кумыс считается священным напитком и пьют его в основном на летних праздниках. Его пьют из традиционного сосуда choron .

Раньше алкоголь никто не варил. Причиной тому были сильные морозы, которые якуты вынуждены были пережить зимой. Летом людям приходилось много работать, чтобы подготовиться к зиме. Заготовка древесины для обогрева домов и школ и выращивание пищи были одним из основных дел. Это была обязанность каждой семьи.

Религия

Первоначальными религиозными верованиями были анимализм и шаманизм; Последняя теперь признана официальной религией Республики Саха. Это смесь тюркских, монгольских и тунгусских верований в сверхъестественное. Согласно ему духи живут в домах, горах, деревьях и лесах. Также в воде и животные. Самый сильный дух обитает у медведей, сов и воронов. В старые времена медвежьи лапы для защиты ставили вне кроватей маленьких детей.

В старину шаманом могли быть и мужчина, и женщина, но женщины считались более могущественными.

Из-за исторических факторов и влияния русской диаспоры большинство якутов утратили веру в шаманизм или перешли в русскую православную религию. Однако шаманизм не исчез полностью. Люди до сих пор верят, что шаманы обладают сверхъестественными способностями. Их уважают и защищают люди и местные власти.

Якуты сегодня также возрождают свои знания о традиционной натуропатии (альтернативной медицине), чтобы найти лекарства от всех видов болезней.

Платье / одежда

В старину основным материалом для изготовления одежды были шкуры и меха животных. Чаще всего использовались шкуры оленей и лошадей. Их использовали для изготовления одежды и обуви. Шкуры шили высушенными кишками или пряжей из конских шкур.

Зимой одежда должна быть и остается очень плотной и теплой. В наши дни молодое поколение отошло от традиционных якутских утепленных курток, но сапоги из оленьего меха по-прежнему широко используются.Для изготовления одной пары сапог используются шкуры коровы и восемь оленьих лап.

Мех кролика тоже очень пригодится. Каждый дюйм меха используется для изготовления таких ценных вещей, как носки, перчатки, пальто и одеяла.

Есть также национальная одежда, которую носят на торжествах и свадьбах, но редко можно увидеть ежедневно.

Также стоит отметить, что женщины любят свои якутские орнаментированные украшения, которые обычно делают из серебра или золота.

Фестивали

Ыях

21-22 июня отмечается праздник летнего солнцестояния.Он связан с солнечным божеством, в которое верят якуты. По некоторым исконным календарям, Новый год начинался в июне — когда все снова оживает. Во время фестиваля люди одеваются в национальные платья и едят традиционные блюда. Празднование включает обряды, мантры, игровые состязания и гонки. Самой главной игрой фестиваля считаются скачки.

Ихях — важный праздник для всей нации. Жители небольших деревень и отдаленных районов готовят традиционные блюда и шьют легкие костюмы для праздника, на который все они ходят.

Праздник обычно начинается с древнего ритуала и алгыс (молитвы) шамана; это молитва о благополучии людей на празднике. Окропление кумысом огнем, принесение в жертву конского волоса и блинов является частью ритуала. По окончании ритуала выпивают кумыс из особого священного сосуда хорон .



Позже люди собираются вместе для Ohuokhai хоровода (похожего на фарерский хоровод) и исполнения песен, посвященных силе Природы.Танец начинается с левой ноги, которую передвигают по солнцу. Считается, что таким образом люди берут энергию от солнца.

Якутки в традиционных платьях (через Yatoday.ru)

После танца начинаются всевозможные художественные представления, спортивные соревнования и игры. Люди играют хомус (арфа челюсти) , барабаны и кыримпа (якутская скрипка), соревнуются в прыжковых играх, стрельбе из лука, борьбе и скачках.

Кульминацией праздника является церемония встречи с солнцем. Люди собираются на лугу и ждут восхода солнца.

Самый крупный праздник Ыгях проходит недалеко от Якутска, в местечке Ус-Хатынь, в 2012 году его посетили 160 000 человек.

Искусство

Картина Андрея Чикачева (via Gualala Arts)

У якутов много великих художников, которые работают в самых разных областях, например, в музыке, ремеслах и кузнечном деле.

Якуты издавна известны своим кузнечным мастерством. Одним из самых ярких примеров является музыкальный инструмент хомус , который был представлен много лет назад, но до сих пор широко используется местными музыкантами. Он состоит всего из двух частей; рама и шпунт, каждая часть изготовлена ​​из разных марок стали.

В прошлом глина не была обычным материалом, поэтому люди использовали бересту для изготовления полезных инструментов, таких как чашки, шкатулки, сшитые из конского волоса, и других произведений искусства. Судно «Чорон» до сих пор изготавливают из бересты.

Конский волос также часто используется для изготовления зимних шапок, ремней и сумок. Однако важно отметить, что если лошадь убита, люди используют каждую ее часть. Когда шкуры высушены, они используются для изготовления одежды и в качестве утеплителя для входной двери. Из хвоста делают инструмент для отпугивания комаров, одежду и мясо. Из высушенной кожи, которую бьют, как вяленую рыбу, делают пряжу, которая в основном используется для пошива обуви.

Другие ремесла, которыми известны якуты, — это слоновая кость, дерево, резьба по льду и изготовление ювелирных изделий.

Олонхо

Это сборник поэтических народных сказок. Некоторые из них содержат несколько стихов, другие — до 20 000 стихов, а самый длинный — 50 000. Сказки являются хорошим источником информации о культуре, религии и истории якутов

Олонхо обычно красный искусный рассказчик, который является актером, хорошим певцом, чтецом и прекрасно владеет поэтической импровизацией.В прошлом было популярно читать Олонхо как развлечение в холодные зимние дни. Из-за исторических факторов, урбанизации и культурных изменений повествовательная традиция уменьшилась, и ее можно увидеть почти только в театральных постановках.

В 2005 году ЮНЕСКО объявило олонхо «шедевром устного и нематериального наследия человечества».

Пример Олонхо в исполнении Петра Решетникова

Музыка

Если вас интересует музыка, есть хороший сайт www.sakhamusic.ru, в который вошли песни самых популярных якутских исполнителей. Это не на английском языке, но вы можете использовать Google Translate, чтобы получить английскую версию. Также вы можете узнать больше о саха / якутских инструментах на: Sakha Open World

Спорт

Якуты славятся к хапсагай (борьба ) и собственным уникальным видом спорта под названием мас-рестлинг (тяга клюшкой). Посмотрите видеоролик для ознакомления:

Знаменитые якуты

Платон Оюнский (1893-1939) — основоположник современной якутской литературы.Его самая известная работа — Red Shaman .

Степанида Борисова (1950) — артистка Национального театра им. Оюнского в Якутске, народная певица старинной якутской музыки.

Федор Марков (1945) — Трудовую деятельность начал ювелиром и резчиком по дереву. Наиболее известен резьбой по кости, слоновой кости и льду. Он известен своей резьбой по льду в Канаде, Аляске, Китае и Японии. Многолетний участник зимних фестивалей в России.

Виктор Лебедев (1988) — трехкратный чемпион мира по вольной борьбе.

Кристофоров Иван Ильич (1955) — один из самых известных мастеров по хомусу в Якутии.

Кюрегей Александра Аргунова (1938) — актриса (Союз исландских актеров) и фолк-певица. Также художник смешанной техники, мозаики и прикладного искусства (Ассоциация исландских визуальных художников (SÍM)).

Вацлав Серошевский (1858-1945) — образованный польский писатель, сослан в Сибирь (Якутию), где женился на якутке.Свою первую книгу о якутской этнографии он опубликовал в 1896 году.

Представленная информация собрана из различных книг, журналов, интернет-сайтов, исследований студентов и сотрудничества с представителями этнических групп.

Особая благодарность всем саха / якутцам, которые помогли мне найти нужную информацию.

, автор М.Боргарбуи

Связанные

.

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о